Пекин и Вашингтон бодаются за Черный континент

Пекин и Вашингтон бодаются за Черный континент

В настоящее время разыгрывается незримая битва между США и Китаем за ресурсы Африки

 

Происходящие в Африке события, такие как западная агрессия против Ливии и признание независимости Южного Судана, показывают, что в настоящее время разыгрывается незримая битва между США и Китаем за ресурсы Африки. Американцы атаковали первыми, развязав войну в Ливии. Чем же теперь ответит Китай, понесший убытки?

 По сути, китайские и американские военные

поют одну и ту же песню о ресурсах Африки

(концерт в ООН).

 

СЫНЫ КОНФУЦИЯ В ДРУЖЕСКИХ «ЦЕРЕМОНИЯХ»

Китай начал активно проникать в Африку еще в конце 50-х годов XX века. Впервые спецслужбы Поднебесной были замечены на этом континенте во время франко-алжирской войны. С 1958 года КНР тайно помогала Фронту национального освобождения Алжира (ФНО). В марте–апреле 1959 года один из руководителей китайской Компартии Лю Шаоци принял в Пекине лидеров алжирских повстанцев. С этого времени Китай стал щедро спонсировать членов ФНО оружием и деньгами.

В октябре 1960 года КНР официально объявила о предоставлении помощи Алжиру, получившему независимость от Франции в 1962 году.

В 1960-е годы Алжир стал главной базой Китая по распространению своего влияния в Африке. Кроме того, в начале 60-х годов XX века КНР способствовала созданию повстанческих группировок в Заире (нынешняя Демократическая республика Конго). Однако с 1968 года Компартия Китая переориентировалась на правительство Заира, прекратив поддержку заирских «революционеров». Спецслужбы КНР участвовали также в создании Национального союза борьбы за полную независимость Анголы (УНИТА), противостоявшего Народному движению за освобождение Анголы (МПЛА).

КНР направляла советников и оружие противникам МПЛА. Известно, что в Китае лечились и обучались диверсиям лидер ангольской УНИТА Савимби и лидер «Альянса за демократическое Конго» Кабила. Конголезских и заирских революционных повстанцев маоистского толка обучали в специально построенном для них тренировочном лагере в китайском Нанкине. Параллельно с этим КНР отправляла в Африку тысячи своих врачей, являвшихся глазами и ушами китайской Компартии в Африке.

Продавая оружие, с одной стороны, и отправляя своих врачей лечить раненых африканцев, с другой стороны, Китай поступательно завоевывал дружбу со странами этого континента и, надо сказать, преуспел в этом. Поддерживая различные национально-освободительные движения в Африке, Китай стремился потеснить Советский Союз и США в этом регионе. После развала СССР в 1991 году место лидера на Черном континенте, до того времени принадлежавшее нашей стране, оказалось вакантным. Но ненадолго. В то время как США переключили все внимание на Восточную Европу, «забыв» про Африку, оставшийся в одиночестве Китай прочно закрепился в этом регионе.

 

КИТАЙЦЫ ИЗОБРЕЛИ АНГОЛЬСКУЮ ФОРМУЛУ

В 1990-е годы ключевой целью для Китая при проникновении в Африку было получение доступа к минеральным ресурсам континента. Тогда, благодаря выдаче льготных кредитов, Пекин, не предъявлявший никаких политических требований к африканским лидерам, сумел быстро установить дружественные связи со многими режимами, которые западное сообщество считало диктаторскими и старалось изолировать. Взамен руководители богатых ресурсами африканских стран предоставляли госкомпаниям из КНР эксклюзивные права на разработку углеводородов и полезных ископаемых в тех местах, где не могли работать западные компании.

Свои позиции в экономике африканских стран КНР подкрепляла поставками оружия. По данным французского издания Monde diplomatique, Китай заработал 1 млрд. долл. на войне в Эритрее (1961–1993 годы). Некоторые военные эксперты также убеждены, что, несмотря на эмбарго ООН, китайские военные технологии отправлялись в Судан, на юге которого долгие годы шла затяжная гражданская война и где до сих пор не утихает вооруженный конфликт.

Китай остро нуждается в энергоресурсах и потому быстро завязывает тесные отношения с теми африканскими странами, в которых обнаружены большие запасы нефти и газа. Как следствие, стратегическими «партнерами» Поднебесной в Африке являются такие нефтедобывающие страны, как Судан, Ангола, Нигерия, Габон и Алжир. Китай не скупится инвестировать большие суммы в нефтедобычу стран Африки. Например, КНР через свои госкомпании и банки за последние 15 лет вложила около 20 млрд. долл. в Судан, стремясь поставить под контроль всю нефтедобычу страны.

Другим важнейшим «партнером» Китая в Африке выступает Ангола. 21 марта 2004 года между правительствами этих двух стран было подписано соглашение, по которому в рамках программы по восстановлению экономики после 27-летней гражданской войны Китай предоставил Анголе заем на сумму 2 млрд. долл. В сентябре 2007 года Китай выдал ей второй заем в 2 млрд. долл. Примечательно, что оплачивать эти китайские кредиты правительство Анголы будет не деньгами, а нефтью. В соответствии с подписанным контрактом выполнять все инфраструктурные работы должны китайские фирмы-подрядчики, работающие в Африке. Подобная бартерная система – «инфраструктурные работы в обмен на нефть» – уже получила название «Ангольская формула».

Такая же система использовалась осенью 2007 года в Демократической республике Конго. Между КНР и ДРК был подписан контракт, по которому Китай инвестировал 9,5 млрд. долл. в строительство инфраструктурных объектов. В обмен на это ДРК обязалась поставить в КНР 10 млн. т меди и 600 тыс. т кобальта. Вообще, список сырьевых запросов Китая к Африке довольно велик. Кроме нефти и газа в нем фигурируют медь, кобальт, золото, алмазы, хром, марганец, уран, бокситы, редкоземельные элементы, древесина и многое другое.

 

РОЖДЕНИЕ АФРОКИТАЯ

В 2000-е годы взаимодействие Китая с африканскими государствами стало выходить на новый уровень. С назначением Ху Цзиньтао на пост руководителя КНР в 2003 году отношения с Африкой стали одним из негласных приоритетов китайской внешней политики. Проникновение в Африку представляет собой часть большой стратегии Поднебесной. Цель стратегии состоит в том, чтобы превратить Китай из державы, пользующейся влиянием в основном в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в глобальную державу. Инвестируя большие деньги в Африку, Китай помимо прочего вовлекает африканские страны в свою политическую орбиту.

Получение прямого доступа к природным ресурсам Африки позволяет Пекину укрепить военный и экономический потенциал. Усиливая свои позиции в Африке, Китай реализует стратегию расширения «жизненного ресурсного пространства». Кроме того, в Африке Китай получил новый объемный рынок сбыта для своей стремительно развивающейся промышленности. Основную массу китайского экспорта в африканские страны наряду с готовой одеждой и тканями составляют дешевые потребительские товары.

Однако не все африканские страны довольны активизацией китайской экономической и политической экспансии на континенте. В Либерии, Камеруне, Мозамбике и Намибии местные жители, равно как и руководство этих стран, недовольны вырубкой леса, на котором держится почти вся мебельная промышленность Поднебесной. В Замбии коммерсанты жалуются на то, что рядом с ними появились сильные китайские конкуренты. Антикитайские настроения в этой стране сильны настолько, что выдворение оттуда предпринимателей из КНР стало основным вопросом на президентских выборах в сентябре 2006 года. Президент Леви Мванаваса, ориентирующийся на Пекин, тогда с большим трудом переиграл лидера оппозиции Микаэля Сату, построившего свою кампанию на одной только критике китайской экспансии. В Замбии, откуда Китай импортирует почти 40% меди, бунты на медных шахтах, принадлежащих китайцам, происходят чуть ли не каждую неделю.

Самой недовольной оказалась Южно-Африканская Республика. В декабре 2006 года президент ЮАР Табо Мбеки, поддерживаемый национальными профсоюзами, неожиданно резко начал критиковать КНР: «Китай может стать колониальной державой, а мы – лишь сырьевым придатком». Дело в том, что в последние годы дешевый китайский текстиль наводнил ЮАР и подорвал местную промышленность.

Чтобы смягчить позицию многих африканских руководителей, Китай щедро делится кредитами и инвестициями. Если в 1995 году объем торговли КНР с Африкой достигал 6 млрд. долл., то в 2010 году он превысил 130 млрд. долл. По оценке южно-африканского Standard Bank, к 2015 году одни только прямые инвестиции КНР в африканские страны достигнут 50 млрд. долл. Кроме того, с 2000 года Китай начал списывать многомиллиардные африканские долги, а с 2006 года – предоставлять африканским экспортерам возможность ввозить некоторые товары в Китай беспошлинно. Помимо этого КНР обучает жителей Африки техническим и медицинским специальностям в университетах, предоставляя им стипендии для учебы в Китае.

В последние годы Пекин планомерно меняет тактику своего проникновения в Африку. Вместо выделения льготных займов Китай начал предоставлять адресные кредиты на строительство инфраструктурных объектов. Новая экономическая политика Пекина в Африке весьма выгодна самим африканским лидерам, поскольку они представляют новые стройки как свою личную заслугу и тем самым поддерживают популярность в стране. В то же время местные жители имеют возможность подрабатывать на стройках, получая небольшой дополнительный заработок.

Однако больше всех от такой политики выигрывает Поднебесная. Во-первых, финансируя строительные программы, Пекин получает жизненно важный для своей экономики доступ к африканским недрам. Во-вторых, единственным требованием Китая является передача всех подрядов китайским компаниям. На деле это означает дополнительный рост китайской экономики, а африканцы оказываются в роли беспомощных зрителей в своих же собственных странах. В-третьих, такая экономическая политика позволяет Китаю представить себя «добрым опекуном», который стремится улучшить жизнь простых африканцев.

Наконец, новая тактика, избранная КНР в отношении Африки, позволяет трудоустроить миллионы китайцев, потерявших работу у себя на родине, и избавиться от избыточного населения в метрополии. Иными словами, сейчас для Китая Африка играет почти ту же роль, что и Австралия, и североамериканские колонии для Великобритании в XVII–XIX веках. Особенно актуальной представляется такая экономическая политика в свете мирового экономического кризиса, когда из-за падения спроса на китайские товары в КНР закрылись многие производства и возросла безработица. Благодаря новым инициативам китайского руководства, миллионы голодных китайцев-колонистов будут заселять новые, пока еще не освоенные ими территории, а это, в свою очередь, должно снизить социальную напряженность в самой КНР. Примечательно, что в период мирового экономического кризиса ВВП рос только в Китае и в Африке, что на деле означало удвоение ВВП Китая, буквально скупившего в последние годы весь Африканский континент.

Другой существенный момент: многомиллионные кредиты предоставляются Пекином в американских долларах, что позволяет КНР постепенно избавляться от этой валюты и американских ценных бумаг, обменивая их на сырьевые активы. В настоящее время руководство КНР всерьез обеспокоено перспективой обесценивания ценных бумаг США, и в этом контексте помощь Африке является крайне удачным антикризисным вложением, которое сулит большую прибыль.

 

КИТАЙСКИЕ ВОЕННЫЕ БАЗЫ В АФРИКЕ

Во время крупнейшего турне Ху Цзиньтао по Африке в 2007 году Пекин впервые официально выразил свое желание создать военные базы на Черном континенте. Первым кандидатом на размещение китайских миротворцев в Африке значится провинция Дарфур в Судане, где уже давно и прочно обосновались китайские нефтяные госкорпорации. Китай готов отправить в Судан полноценный воинский контингент и в переговорах с Хартумом настаивает на размещении в Дарфуре преимущественно китайских миротворцев ООН. В принципе договориться с президентом Судана Омаром аль-Баширом Поднебесной не составит большого труда, ведь Хартум получает нефтедоллары от китайских нефтяных госкомпаний CNPC и Sinopec, а сумма этих сделок исчисляется многими миллиардами долларов.

Поэтому в скором времени можно ожидать появления первой крупной китайской военной базы в Африке. Сейчас в Африке действует около 3 тыс. китайских миротворцев, и если Пекину удастся договориться, то отправка китайских миротворцев в Дарфур может стать первым шагом на пути к военной экспансии Китая на Черном континенте. Горячих точек в Африке немало, а интересы Китая на Африканском континенте простираются повсюду.

Следующим кандидатом на прием китайских солдат после Дарфура может стать богатый нефтью штат Риверс на юге Нигерии. Поводом может послужить участившиеся нападения сепаратистов на китайских нефтяников. Китайские нефтяные гиганты CNPC и Sinopec сейчас активно осваивают дельту Нигера, причем не без помощи нигерийских властей: специально под китайские компании в сентябре 2006 года Абуджа выгнала с нефтяного рынка страны почти все международные корпорации. Примечательно, что в ходе визита в Пекин в апреле 2005 года президент Нигерии согласился заключить стратегическое партнерство с Китаем. Учитывая, что Нигерия имеет большое значение для США как поставщик нефти, вполне возможно, что периодические атаки на сотрудников китайских нефтяных компаний координируются и осуществляются с ведома Вашингтона.

Пекин открыто начинает полномасштабную экспансию в Африку и фактически запускает очередной передел Черного континента. Если до этого Китай вел только экономическое наступление на Африку, то теперь он уже начал осуществлять военно-политическую экспансию. Этот процесс может серьезно подорвать позиции в регионе США, Франции и Великобритании, активно осваивающих нефтеносные месторождения Африки.

 


Помощь китайских инженерных подразделений в Дарфуре, где ожидается появление военной базы КНР.
Фото с сайта www.un.org

Активная экономическая и военно-политическая экспансия Китая в странах Африки вызывает большую озабоченность в среде американских государственных деятелей и политических аналитиков. Влиятельный американский Совет по международным отношениям отметил в одном из своих докладов: «По всей Африке Китай приобретает контроль над сырьевыми активами, выигрывая у западных соперников подряды на реализацию крупных проектов в области инфраструктуры, предоставляя льготные кредиты и иные выгодные условия, чтобы усилить свои конкурентные позиции».

После проведения IV саммита «Китай–Африка» в ноябре 2009 года информационная война между Западом и Китаем существенно обострилась. Многие политики в странах Европы и Северной Америки заговорили об угрозе китайской экспансии на Черном континенте и об утрате ведущих позиций США и Евросоюза в Африке. Общей позицией всех западных СМИ в 2009 году было то, что «лик китайского неоколониализма более кровожаден и опасен, чем классические, западные персонажи колониального прошлого». Бельгийская газета De Standaard отметила, что «Китаю наплевать на положение рядовых африканцев, лишь бы вывозить из Африки ее полезные ископаемые и сбывать туда свою продукцию».

Особое внимание в статьях западная пресса уделяла проблеме несоблюдения прав человека в Африке и тому, что Китай своими действиями способствует такой тенденции. Например, американский неоконсерватор Пол Вулфовиц, ранее занимавший пост президента Всемирного банка, заявил: «Китай и его банки игнорируют права человека и стандарты сохранения окружающей среды, когда дают деньги африканским странам». Китайцы не отрицают того, что поддерживают страны, в которых не соблюдаются права человека. Но они резонно указывают на то, что США и Европа сами в прошлом имели дело с диктаторами и поддерживали их, и поэтому у западных стран нет морального права читать китайцам проповеди о том, как следует себя вести.

Китайские политологи и журналисты в своих выступлениях постоянно подчеркивают социальную направленность политики Китая в отношении Африки. Китайцы указывают на то, что их компании не только извлекают прибыль, но и создают рабочие места, возводят инфраструктурные объекты, чего не делали до них европейские колонизаторы и американские компании, занимавшиеся только выкачкой нефти.

На китайско-африканском саммите в 2009 году премьер госсовета КНР Вэнь Цзябао обрушился с резкой критикой на Запад, обвиняющий Китай в колониальной экспансии. «Нас давно обвиняют в том, что мы пришли в Африку лишь за минеральными ресурсами и практикуем неоколониализм. Эти обвинения совершенно беспочвенны. Мы действуем бескорыстно», – особо подчеркнул китайский лидер.

 

ПЛОЩАДКИ ДЛЯ СОРЕВНОВАНИЙ

Почему же Запад так нервно реагирует на китайское присутствие в Африке? Просто потому, что США и Европа теряют этот континент и мало что могут сделать для сохранения там своих позиций. Если раньше западные компании, будучи монополистами, могли диктовать африканским лидерам любые условия, в том числе предъявлять политические требования, то сегодня лидеры стран Африки могут обратиться за экономической помощью к Китаю. Иными словами, в борьбе за Африку появилась конкуренция, к которой США и Европа оказались не готовы и попросту не привыкли. Показательной в этом смысле является история с МВФ в конце 2008 года. Потратив несколько лет на обсуждение договора о кредите с правительством Анголы, чиновники МВФ накануне его подписания узнали, что эта страна уже получила дешевый китайский долгосрочный кредит на 2 млрд. долл. и в его помощи не нуждается. То же самое повторилось затем в Чаде, Нигерии, Судане, Эфиопии и Уганде.

В условиях мирового экономического кризиса, который, по мнению многих экспертов, вскоре может снова повториться, западные страны не способны выдавать крупные займы странам третьего мира. В отличие от Европы и США Китай, наоборот, имеет возможность кредитовать другие страны и активно этим занимается. Кроме того, китайцы готовы вкладывать большие деньги там, где пасуют их западные конкуренты. Тем самым КНР покоряет сердца африканцев и выигрывает соревнование у США и Евросоюза.

В то время как слабеющий Запад говорит о правах человека и на этой основе отказывает многим африканским странам в помощи, КНР готов оказывать финансовую поддержку любым африканским диктаторам, невзирая на моральные издержки. Так, например, кровавое подавление протестов в Гвинее в сентябре 2009 года не помешало КНР вложить около 7 млрд. долл. в строительство инфраструктуры и жилья в этой африканской стране. В обмен на это военная хунта Гвинеи допустила китайцев к перспективным нефтяным месторождениям. Ради поддержки репрессивного режима Роберта Мугабе в Зимбабве в 2008 году китайцы не побоялись использовать право вето в Совете Безопасности ООН. За это они получили доступ к добыче алмазов и платины.

Усиление борьбы за Африку первоначально проявилось в возрождении пиратства у берегов Сомали. Рост активности пиратов пришелся на 2006–2007 годы. Как раз в это время, после проведения III саммита «Китай–Африка» в ноябре 2006 года, Китай активизировал свое присутствие на Африканском континенте. Сложно поверить в случайность этого совпадения. К тому же, если принять во внимание тот факт, что главными противниками принятия международных правовых норм по борьбе с пиратством являются США и Великобритания, постоянно блокирующие на уровне ООН инициативы других стран по этому вопросу, становится ясно, кому выгодна поддержка пиратства в Восточной Африке. Необходимо помнить, что поставки нефти из Африки (преимущественно из Судана) в Китай осуществляются по маршруту, где повышенную активность проявляют пираты.

Серьезным ударом по китайским интересам стало признание независимости Южного Судана – региона, представляющего стратегическую важность для Китая из-за больших запасов нефти. Однако остается несколько спорных приграничных территорий – это особенно богатые черным золотом районы Абьей и Южный Кордофан, где добывается более четверти всей суданской нефти. За обладание этими территориями Южный Судан и его северный сосед, потерявший почти все нефтеносные районы в результате отделения Южного Судана, подталкиваемый Пекином, еще поведут жесткую борьбу. Найти в этом регионе наемников, которые бы нападали на приграничные районы, для Хартума, как и для Джубы, не составит никакого труда.

Но кому было выгодно отделение Южного Судана от Хартума, контролируемого китайцами? Ответ следует искать в личности лидера южан Джона Гаранга, создавшего в 80-х годах XX века Народную армию освобождения Судана (SPLA) и погибшего в 2005 году при невыясненных обстоятельствах в авиакатастрофе. Он проходил военную подготовку в американском центре обучения пехоты и рейнджеров в Форт-Беннинге (штат Джорджия, США). Джон Гаранг – не единственный, кто обучался в американских военных центрах.

В течение десятилетий Пентагон занимался подготовкой военнослужащих и офицеров африканских стран. Так, в рамках американской Программы международного военного образования и подготовки (IMET) в военных лагерях США прошли обучение офицеры из Чада, Эфиопии, Эритреи, Камеруна и Центрально-Африканской Республики, то есть практически из всех стран, граничащих с Суданом. Если экономическая помощь США африканским странам к югу от Сахары в последние годы уменьшилась, то американская военная помощь, напротив, возросла.

Так, что же может предложить Африке США в лице МВФ и других международных институтов, где они занимают ведущие роли? Ничего. Поэтому им остается только создавать, спонсировать и поддерживать поставками оружия и дипломатическими маневрами сепаратистские движения в Африке, чтобы те впоследствии искали помощи и защиты у Пентагона и Госдепа США. «Разделяй и властвуй» – американцы умело пользуются этой древней мудростью и стремятся всегда выступать в роли третейского судьи. Но, используя только такие механизмы, Вашингтону сложно надеяться на завоевание Африки, поскольку прочно обосновавшийся там Китай просто так не отдаст американцам Черный континент.

Свой главный удар по китайским интересам США сумели нанести в Ливии. По данным Министерства торговли КНР, к марту 2011 года в этой североафриканской стране работали 75 крупных китайских компаний, которые заключили контракты на сумму 18 млрд. долл. По информации канадского издания People’s Daily Online, у Китая на начало военных действий насчитывалось до 50 крупномасштабных проектов в Ливии. Развязывание западными союзниками агрессии против Ливии положило конец этим проектам и повлекло за собой эвакуацию 30 тыс. китайских специалистов из страны, работавших преимущественно в нефтяном секторе на востоке Ливии. Китайские компании сообщили, что из-за военных действий в Ливии они ожидают потерь в сотни миллионов юаней.

Не случайно республиканец Пол Крэйг Робертс, занимавший во времена Рональда Рейгана должность заместителя министра финансов США, заявил, что война против Каддафи – на самом деле завуалированная война против Китая и экспансии «китайского дракона» в Африке. В американском журнале Foreign Policy он пояснил, что «Китай рассчитывает в первую очередь на Ливию, Анголу и Нигерию как на источники, которые смогут удовлетворить его растущие потребности в энергоресурсах». Поэтому в ближайшее время в Анголе и Нигерии скорее всего следует ожидать военных переворотов, непризнания президентских выборов с последующими авиаударами западной коалиции (по примеру Кот-д’Ивуара) или возобновления гражданской войны (в случае с Анголой), организованных при поддержке Вашингтона.

По всей видимости, вскоре «революционная» волна может накрыть и Алжир, также осуществляющий поставки нефти в Китай. Сейчас там подозрительно спокойно, так же как это было в Ливии, когда арабская весна пришла в Каир. Если учесть, что после Египта «революция» перекинулась на соседнюю Ливию, то следующей страной на западе Северной Африки как раз является Алжир. Поводом к иностранному вмешательству послужит то обстоятельство, что, по версии западных СМИ, в этой стране может укрываться Муаммар Каддафи. Пока жив ливийский полковник, операция «Одиссея рассвет» не закончена.

 

УЯЗВИМОСТЬ ДРАКОНА

КНР становится более привлекательной для африканских стран. Американская писательница Дебора Бротиган в книге «Дар дракона» цитирует слова одного нигерийского дипломата: «Китайцы стараются участвовать в каждом секторе нашей экономики. Если же посмотреть на Запад, то это одна только нефть, и ничего, кроме этого».

Можно быть уверенными в том, что Китай не оставит без внимания последние события в Северной Африке. Станет ли свержение проамериканских правящих режимов в регионе ответом Пекина или атака «китайского дракона» последует в другой части земного шара, мы скоро узнаем. Как тонко заметила газета китайской Компартии «Жэньминь жибао», «невмешательство Китая во внутренние дела стран Западной Азии и Северной Африки не означает бездействие КНР».

В 80-е годы XX века американский государственный секретарь генерал Александр Хэйг заявил: «Есть вещи поважнее, чем мир». Только позднее стало понятно, что он имел в виду – господство США над всем миром. Вашингтон никогда не откажется от роли мирового гегемона. Но, по подсчетам международных экспертов, уже через пять лет экономика Китая обгонит американскую. Этого никак не могут допустить Соединенные Штаты Америки, поэтому их задача – ослаблять Китай любыми средствами.

Китай очень уязвим энергетически, и потому главная задача США – максимально затруднить доступ КНР к получению энергоносителей, которых в самом Китае нет. Если США удастся отрезать Китай от африканских природных ресурсов, КНР может повернуть свои устремления в сторону России. Это как раз и нужно американским военным стратегам.
 
Игорь Владиславович Игнатченко - историк.


Источник: "Независимое военное обозрение" (Россия)

  • Дата публикации: 24.09.2011
  • 199

Чтобы оставить комментарий или выставить рейтинг, нужно Войти или Зарегистрироваться