Передел мирового энергетического рынка вступил в новую фазу

Передел мирового энергетического рынка вступил в новую фазу

Ещё в апреле 2008 года в секретной депеше американского посла в Риме Рональда Спольи госсекретарю США Кондолизе Райс говорилось, что российская энергетическая компания «Газпром» вплотную подошла к овладению весомой долей в нефтяном месторождении «Элефант» в Ливии. Посол бил тревогу, поскольку, с точки зрения американских интересов, говорилось в послании, «предоставить Газпрому контроль над месторождениями в Северной Африке — значит нанести явный ущерб усилиям по энергетической диверсификации Европейского союза»…

Каким образом расширение списка источников импортных энергоносителей для Европы соответствовало интересам Соединенных Штатов, в телеграмме не расшифровывалось. Скорее всего, посла Спольи беспокоило приобретение российским мейджором источника высококачественной нефти в регионе, который по инерции периода колониальных захватов считался Западом сферой своих исключительных интересов. Чужаков пускать? Никогда. В таких случаях англо-саксонская модель поведения на мировых торжищах и потенциальных театрах военно-дипломатических действий строится по очень простому принципу: что наше, то наше, а то, что вы считаете своим, вам придется еще доказывать («What ours is ours but what is yours is negotiable»).

Американцы насторожилось давно. В апреле 2007 года Газпром подписал с ЭНИ соглашение, которое предусматривало приобретение российским гигантом энергетики зарубежных добычных активов итальянского концерна. Сделка обрела окончательные очертания в июне 2009 года: ЭНИ предложила Газпрому — в обмен на доступ к запасам его сибирских углеводородов — выкупить половину ее доли, составляющей 33,33% в консорциуме, разрабатывающем ливийское нефтяное месторождение «Элефант».

По меркам Газпрома, обладающего, к слову, 17% всех мировых запасов природного газа, «Элефант» не отнесёшь к разряду сказочно богатых месторождений — извлекаемые запасы нефти оцениваются всего в 110 миллион тонн, причем максимальная годовая добыча, по прогнозам, не превысит 6 миллионов. Что ничуть не обесценивает «Элефанта»: помимо первоклассной сырой нефти, здесь есть все обязательные компоненты для бизнеса, включая свой источник энергогенерации и инфраструктуру для доставки нефти до собственного терминала на морском побережье.

Окончательная договоренность была достигнута в феврале 2011 года. Основа участия Газпрома — соглашение о разделе продукции (СРП). Цена вопроса: 163 миллиона долларов. Однако вышла «заминка», под конец зимы в Джамахирию пришла «арабская весна», в Ливии началась война, и сделка оказалась заморожена. Тем не менее, 16 сентября партнеры подписали новое соглашение, закрепляющее вхождение российского концерна в нефтяной проект.

Дело за малым - за согласием признать легитимность этого контракта с новыми ливийскими властями. Когда появится реальная возможность договориться с бывшими мятежниками, непонятно. Многое зависит от имеющихся наверняка тайных договоренностей между новым ливийским руководством и его союзниками в этой войне — Францией и Британией, воспринимающими себя как повивальные бабки «перестройки» Ливии. Такое впечатление складывалось от недавнего приема в Бенгази британского премьера Дэвида Камерона и французского президента Николя Саркози.

Формально тандем прибыл для чествования победителей. Но только ли? Показательна фраза Саркози: «Мы не требуем для себя каких-либо льгот за помощь Ливии», прямым ответом на которую могут служить слова Мустафы Абдель Джалиля, председателя Переходного национального совета Ливии: «Союзники, которые принимали участие в войне на территории Ливии, будут иметь приоритетное право при заключении контрактов, при этом сделки будут прозрачными». А что же с теми, кто не успел записаться в «союзники»? Пояснение последовало: контракты будут уважаться, если не случится в них выявить «коррупционную составляющую».

Это можно понимать так, что дверь для ЭНИ и для дочки Газпрома — «Газпромнефти» остается приоткрытой. Если только судьбу ливийской нефти и газа уже не решили закулисно, произведя перераспределение авуаров в соответствии с вкладом иностранных держав в свержение полковника Каддафи.

Впрочем, даже если пересмотр контрактов, а значит и доступа к ливийским недрам произошел или происходит, ситуация для Газпрома не тупиковая. Желающая приобщиться к российским газовым богатствам итальянская ЭНИ готова к сотрудничеству, несмотря на то, что доля американских совладельцев компании велика. Денежный интерес вроде бы пока берет верх над политикой.

Оговорка «вроде бы» объясняется тем, что третья мировая войны за ресурсы не прекратилась, наоборот - она приобрела в последние годы, с одной стороны, более брутальный характер (вторжение в Ирак, поддержка мятежа в Ливии, феномен сомалийских пиратов), а с другой — новые изощренные формы. К последним относится политика Евросоюза по выдавливанию Газпрома с рынков и, в частности, силовому обеспечению доступа к энергетическим ресурсами за пределами Старого Света. Ярким примером этой политики стало данное 13 сентября согласие стран-членов ЕС предоставить Еврокомиссии запрошенное этим транснациональным органом право вести переговоры с Азербайджаном и Туркменией о строительстве Транскаспийского газопровода от имени всего союза. На кону — строительство масштабной инфраструктуры для транспортировки туркменского природного газа через Каспийское море.

Член Еврокомиссии по энергетике Гюнтер Эттингер, охарактеризовавший получение мандата на переговоры важнейшей вехой в реформировании энергетической политики ЕС, заявил: «В конечном счете, именно Европа, а не одна отдельно взятая страна извлечет выгоду из поставок каспийского газа».

Действительно, это символическая «веха», поскольку прежде Евросоюз не пытался так открыто бросить вызов международному праву. Каспий — внутренний водоем, не связанный никакими проливами с мировым океаном, что превращает его, вне зависимости от площади его водной поверхности, в озеро. Как известно, правовой статус Каспия регулируется соглашениями, заключенными на двусторонней основе сначала между Российской империей и Персией, а потом между Советским Союзом и Ираном. После распада СССР в Алма-Атинской декларации, подписанной в декабре 1991 года, все прикаспийские страны подтвердили правопреемственность всех прежних договоров.

Окончательная договоренность о статусе Каспия должна стать результатом консенсуса пяти прибрежных государства. Именно прибрежных, а не расположенных за тридевять земель.

Российская позиция заключается в формуле «делим дно, вода общая», с чем согласен Иран. Казахстан, Азербайджан и Туркмения считают, что при хозяйственном использовании дна и акватории Каспия не требуется согласия всей пятерки, вопросы можно решать на двусторонней основе. Это различие в подходах всякий раз хоронило шансы на согласие, так было на всех саммитах — в 2002, 2007, 2010 годах.

С учетом неурегулированности правового статуса Каспия напористость Еврокомиссии, поставившей перед собой цель во что бы то ни стало получить прямой выход на туркменское (пока довольно спорное) эльдорадо, настораживает. ЕС, конечно, не будет пытаться обеспечить доступ к энергоресурсам Туркмении всеми средствами вплоть до демонстрации военной силы, зато НАТО давно позиционирует себя как гаранта энергоснабжения государств-членов блока всеми средствами, включая военные.

Стоит ли удивляться, что российский МИД отреагировал жестко: «Россия удивлена решением Совета ЕС по проекту Транскаспийского газопровода (ТКГ)… Попытки вмешательства в каспийские дела извне, тем более по вопросам, являющимся чувствительными для членов "каспийской пятерки", способны весьма серьезно осложнить ситуацию в этом регионе, отрицательно сказаться на ведущихся пятисторонних переговорах по новому правовому статусу Каспийского моря».

Главным вдохновителем проекта Транскаспийского газопровода является Вашингтон, которого волнует не столько повышение энергетической безопасности стран Европы за счет диверсификации источников, сколько ориентация Туркмении на стратегическое партнерство с Китаем. По долгосрочному контракту, подписанному Ашхабадом и Пекином, на восток вскоре должно поставляться по 40 млрд. кубометров газа (сейчас примерно 10) ежегодно. Труба по дну Каспия должна развернуть этот поток в противоположном - западном - направлении.

Каковы шансы Москвы отстоять свои интересы на Каспии? Шансы есть. Во-первых, американцы уже проигрывают китайцам схватку за влияние в республиках Средней Азии, что гарантирует устойчивость экспорта энергоресурсов Туркмении в Китай. Во-вторых, политизированный подход Еврокомиссии к энергетике имеет структурные изъяны: на корпоративном уровне мыслят категориями экономического здравого смысла (считают норму прибыли и скорость возврата инвестиций), что делает привлекательной, например, цену, предлагаемую Газпромом за азербайджанский газ.

Наконец, многовекторность Баку, который хочет иметь дело и с Россией, и с Западом, не означает автоматических преференций какой-либо из сторон. Глава государственной нефтяной компании страны (ГНКАР) Ровнаг Абдуллаев недавно заявил, что «Транскаспийский проект не является нашим проектом. Это проект между Туркменистаном и ЕС. Согласно Европейской энергетической хартии мы являемся открытой транзитной страной, инфраструктуру которой они (ЕС и Туркменистан) намерены использовать для транспортировки туркменского газа в Европу». При этом, как подчеркнул Ровнаг Абдуллаев, в Баку готовы к обсуждению этой деликатной темы. Гибкость топ-менеджера ГНКАР, несомненно, согласована с линией азербайджанского руководства.

Правда, высказывание Р.Абдуллаева было перечёркнуто непримиримой позицией еврокомиссара Г.Эттингера. Его официальный представитель Марлен Хольцнер разъяснила в интервью «Немецкой волне», что «труба пройдет по территории Азербайджана и Туркмении, и, вне зависимости от статуса Каспия, у других прикаспийских государств нет права останавливать это строительство… страны-соседи имеют возможность высказать свое мнение и должны быть услышанными в том, что касается экологических аспектов будущего проекта. Я подчеркиваю, у них есть только право совещательного, но не решающего голоса».

…Разгорающаяся схватка за доступ к ливийской нефти и проталкивание проекта Транскаспийского газопровода служат еще одним доказательством того, что передел мирового энергетического рынка вступил в новую фазу. В обоих случае можно говорить о попытках недружественного поглощения чужих недр.

Инициаторы нового передела мира нацелились на то, чтобы лишить Россию инвестиционного ресурса для модернизации, получаемого пока в основном за счет экспорта энергоносителей. Самым желанным для них результатом их маневров и в Ливии, и на Каспии было бы появление шлагбаума перед российскими экспортерами со словами «Access denied» — в доступе отказано. Готова ли Москва в этой новой обстановке к более жесткому отстаиванию своих энергетических интересов?.. 

Вадим Вихров

 

Фонд стратегической культуры

  • Дата публикации: 26.09.2011
  • 263

Чтобы оставить комментарий или выставить рейтинг, нужно Войти или Зарегистрироваться