Транскаспийский газопровод: история несбывшихся надежд

Транскаспийский газопровод: история несбывшихся надежд
С наступлением весны с новой силой заговорили о том, что "Южный газовый коридор" является одним из приоритетных для Евросоюза энергетических проектов (см. например, http://www.trend.az/capital/energy/2124418.html).

Со слов еврокомиссара по энергетике Гюнтера Оттингера, именно в текущем году будет принято окончательное решение по трубопроводному маршруту, а также инвестиционное решение по всему проекту "Южного газового коридора". При этом уже стало традицией – с началом почти каждой весны в информационном пространстве вновь, сначала рождаются "сенсации", а затем и дискуссии вокруг перспектив реализации Транскаспийского газопровода, - пишет пишет politcontakt.ru, как передает http://www.centrasia.ru.

Как следует из того же материала, "Транскаспийский трубопровод остается важным для дальнейшего развития "Южного газового коридора", так как "…. в конечном счете по "Южному газовому коридору" в ЕС может транспортироваться более 40 миллиардов кубических метров газа ежегодно, и экспорт объемов из Туркменистана через Транскаспийский трубопровод может способствовать этой цели". В материале так же напоминается, что "переговоры Туркменистана с ЕС и другими странами о строительстве Транскаспийского газопровода ведутся с конца 90 годов прошлого века. Переговорный процесс активизировался после того, как Евросоюз в сентябре 2011 года предоставил мандат на начало переговоров по подготовке соглашения между ЕС, Азербайджаном и Туркменистаном по Транскаспийскому проекту.

В феврале 2013 года министр промышленности и энергетики Азербайджана Натик Алиев заявил, что в рамках проекта Транскаспийского газопровода завершается подготовка двух документов, которые должны быть подписаны как на уровне глав Азербайджана, Туркменистана и Европейской комиссии, так и между правительствами двух прикаспийских стран. Первый документ, который должен быть подписан главами Азербайджана, Туркменистана и президентом ЕК Жозе Мануэлем Барозу, ознаменует поддержку этого коридора тремя сторонами". По поводу заявления Н.Алиева в СМИ, в том числе российских, наблюдался всплеск "восторженных публикаций", вплоть до прогнозов о том, что (см. например, http://www.rosbalt.ru/exussr/2013/02/07/1090703.html) "…. судя по новостям из Баку, прокладка Транскаспийского газопровода начнется в ближайшие 10 месяцев". Приведем еще пару цитат из данной статьи: "Ашхабад готов поставлять в ЕС по 30 млрд. кубометров газа ежегодно, и вскоре главы Туркмении, Азербайджана и Евросоюза подпишут политическое соглашение. А затем и соглашение о начале строительства Транскаспийского газопровода", "…Российской стороне, похоже, нечего противопоставить этим планам. Если ранее Москва активно и публично торпедировала все попытки построить ТКГ как на уровне СНГ, так и на уровне каспийской "пятерки", то сейчас риторика смягчилась". Или: "Поведение российской стороны, в общем, объяснимо. Бывают моменты, когда все силы уходят на попытку сохранить лицо".

Но так ли уж все однозначно? Каковы реальные перспективы реализации Транскаспия? Или данная "эйфория" всего лишь очередное "весеннее обострение" вокруг этого проекта, которые мы периодически наблюдаем, начиная с 1996 года?

На наш взгляд, чтобы рассуждать о перспективах Транскаспийского газопровода сегодня, нелишне заглянуть в историю данного проекта. Начнем с того, что идея (как возможный вариант транспортировки углеводородов из Средней Азии за рубеж) транскаспийских нефте-газопроводов родилась еще в бытность СССР. Однако проведенные и продолжавшиеся до 1991 года исследования сейсмической активности морского бассейна и прилегающих к нему территорий показали, что теоретически возможные нити трубопроводов будут находиться, особенно в серединной части Каспия, в очаговой зоне тектонических сдвигов, охватывающих разломы Кавказского хребта, Балканского отрога и Копетдагcких гор. Имевшиеся данные показывали о непрекращающихся процессах в недрах под толщей воды, причем небольшая глубина залегания этой активности являлась одним из главных параметров, характеризующих вероятность сильных землетрясений, могущих повлечь за собой трудно предсказуемые экологические последствия на Каспийском море.

В советское время на Каспии осуществлялась комплексная программа изучения явлений сейсмической активности данного морского бассейна и прилегающих к нему территорий. С развалом единого государства тесное взаимодействие и взаимообмен информацией между специализированными структурами четырех бывших "советских" прикаспийских государств были нарушены. Подавляющее большинство специалистов-сейсмологов в силу, прежде всего экономических проблем, ставших следствием их профессиональной невостребованности, отошли от дел. Отсутствие должного количества специалистов породило неспособность систематизировать ранее полученные данные и обеспечить объективный анализ. Этому же препятствовало и отсутствие необходимой современной научно-исследовательской аппаратуры. Весьма печальной оказалась и судьба доставшихся вместе с независимостью в наследство сейсмических данных по Каспию. Например, в Туркменистане в результате ликвидации национальной академии наук ряд научно-исследовательских институтов был передан в подчинение профильных ведомств, бюджет которых был не в состоянии не то, что финансировать продолжение исследовательских работ, но и просто выплачивать зарплату сотрудникам "переданных" НИИ. Дальнейшее развитие событий понятно, и не требует подробного описания. Сложившейся ситуацией, не только в Туркменистане, но и в Азербайджане, Казахстане и России, умело воспользовались иностранные компании - используя коррумпированность чиновников на местах, они буквально за бесценок скупили имевшуюся на тот период геологическую информацию. В результате практика беспрецедентной передачи иностранным компаниям научно-исследовательской информации бывшего СССР нанесла значительный ущерб всему спектру составляющих национальной безопасности не только Туркменистана, но всем без исключения прикаспийским странам бывшего СССР, включая Россию. По мнению ряда специалистов, в Туркменистане имевшаяся на момент развала СССР в АН ТССР информация о сейсмической активности Каспийского моря не только была выкуплена, но, и сознательно уничтожена. Иначе, по их мнению, вся "история" ТКГП была бы иной. Сейчас же ситуация вокруг ТКГП – это продолжающаяся история обмана, главной пострадавшей стороной от которого, был, остается, и по всей видимости продолжит оставаться Туркменистан.

Идея проекта строительства Транскаспийского газопровода (ТКГП) изначально была реанимирована в середине 90-х годов прошлого столетия в качестве проектного оформления желания снизить зависимость европейских покупателей природного газа от его поставок из России и через Россию. С появлением российского проекта "Голубой поток" ТКГП еще более стал и инструментом в конкуренции за турецкий рынок и транзитный потенциал Турции. То есть извечная проблема в случае с ТКГП отпадала – экономика данного проекта изначально была на втором месте. Кстати, новая реанимация ТКНП в 2011 году, так же совпала с выходом на реализацию второго российского проекта – теперь - уже "Южного потока". То есть, с самого начала появления ТКГП-проекта в нем доминировала политическая декларативность, рассчитанная на демонстрацию единства намерений бывших советских республик под патронажем США выйти из под влияния России. При этом научные выводы и прогнозы, ставшие основой официальных позиций Ирана и России, в том числе о наличии большой вероятности экологической катастрофы в случае прокладки трубопроводов через Каспий, в расчет не брались. Истинные цели ТКГП, как и тогда, так и сейчас находятся за пределами энергетики, экологии и экономики. Данный проект – элемент стратегической конструкции, призванной отвечать интересам США и Европы и воплотить в жизнь их видение будущего каспийского региона. В связи с тем, что их дол​госрочные интересы здесь на протяжении уже более 20 лет не сильно трансформировались, ТКГП до сих пор сохраняет свое важное место во внешнеполити​ческой деятельности заинтересованных сторон. Что, впрочем, мало отражается на реальности реализации данного проекта, в отношении которого, по крайней мере, Туркменистан, вынашивает определенные надежды.

По замыслу инициаторов, строительство ТКГП (сначала планировалось газопровод запустить в 2002, потом в 2004, но реально его "похоронили" в феврале-марте 2000 года – как и почему – об этом пойдет речь ниже) должна была повлечь серьезные изменения на геополитической карте региона, а именно:

- серьезно усилить позиции США и их (на тот момент казавшимся безоговорочным) союзника Турции за счет снижения влияния России;

- примирить Туркменистан и Азербайджан в вопросах принад​лежности спорных каспийских месторождений;

- дать возможность Грузии получать транзитные дивиденды и усилить ее влияние в Закавказье.

То есть интересы Туркменистана в данном "проекте века" имели для "Спонсоров" второстепенное значение. То, что касается туркменской стороны, то необходимо отметить, что цели Туркменистана, не склонного к излишней политизации экономических проектов, были намного скромнее – всего лишь реализовать свое желание диверсифицировать поставки за рубеж природного газа. И тогда, и сейчас главная мотивация участия Туркменистана в ТКГП заключалась в желании экспортировать через ТКГП 30 млрд. куб.м. газа. При этом если говорить о ситуации на 1999 год, – 16 млрд. куб.м. на турецкий рынок и 14 – через территорию Турции в Европу. Эти цифры необходимо запомнить, чтобы понять, что с ТКГП-проектом случилось в период с 1998 по 2000 г.г., а также учесть в анализе перспектив данного проекта сегодня.

Итак, в начале марта 1998 года в Стамбуле состоялась встреча глав внешнеполитических ведомств пяти государств – Азербайджана, Грузии, Казахстана, Туркменистана и Турции, в ходе которой было подписано совместное коммюнике, одобряющее идею энергетического коридора "Восток-Запад" (фактически эвфемизм для выражения "в обход России"). То есть, одобрили намерение прокладки нефте- и газопроводов по дну Каспийского моря для доставки казахстанских и туркменских углеводородов на европейские рынки.

В 1998 году была создана совместная туркмено-турецкая рабочая группа для координации процесса подготовки проекта Транскаспийского газопровода до момента образования консорциума. Примечательно, что в качестве специального представителя от Туркменистана в данную группу С.Ниязовым был включен Йосиф Майман, президент израильской компании "Мерхав" ("Merhav Group") (Й.Майман (бывший высокопоставленный сотрудник израильских спецслужб), а также турецкий бизнесмен Ахмет Чалык имели весомое влияние на С.Ниязова, вплоть до его кончины).

В апреле 1998 г., в ходе визита Прези​дента Туркменистана С. Ниязова в США, было подписано Соглашение о предоставлении Агентством по развитию и торговле США (USTDA) гранта ($750 тыс.) для подготовки ТЭО Транскаспийского газопровода. В тен​дере на разработку ТЭО приняли участие профильные структуры компаний "Mobil", "Enron", "Braun & Rut", консорциумы компаний "Amoco – Bechtel - PSG" и "Conoco – Unocal –Daniel Fluor". Выиграла тендер компания "Enron".

16 ноября 1998 года компания ""Enron"" уже представила правительству Туркменистана предварительный отчет по ТЭО. Впрочем, туркменская сторона его отправила на тщательную доработку.

В этом же, 1998 году к проекту проявил интерес и британо-нидерландский концерн "Shell", к тому времени уже присутствующий на нефтегазовом рынке Туркменистана в качестве участника в проработке схемы поставок туркменского газа на еврорынки через Иран. "Shell" к тому времени уже вела предварительные переговоры с Грецией, Болгарией, Румынией и Венгрией как потенциальными покупателями туркменского газа.

18 ноября 1998 года глава турецкого "Koç Holding" Рахми Коч во время встречи с С. Ниязовым заявил о намерении принять участие во всех этапах реализации проекта по прокладке ТКГП.

20 ноября 1998 года "Shell", "Romgaz" и Национальное агентство по минеральным ресурсам Румынии подписали в Бухаресте меморандум о взаимопонимании по маршрутам газопроводов и разработке необходимых коммерческих, юридических и технических мероприятий для обеспечения транспортировки туркменского газа по территории Румынии, как для внутреннего потребления, так и для транзита в сопредельные с ней европейские государства.

17 декабря 1998 года С. Ниязов и специальный советник президента и госсекретаря США по энергетическому развитию Каспийского региона Ричард Морнингстар подписали Дополнение к Соглашению о предоставлении гранта Агентством США по развитию и торговле о выделении дополнительных средств ($595 тыс.) на оказание технической и консультативной помощи в подготовительных работах по Транскаспийскому проекту.

18 декабря 1998 года руководитель компании "Merhav" Й.Майман, как специальный представителя Туркменистана в проекте по строительству ТКГП и член туркмено-турецкой рабочей группы, доложил С. Ниязову о переговорах с рядом зарубежных компаний, заявивших о намерении участвовать в проекте и о контактах по выбору банка-консультанта и компании, которые станут юридическим и техническим советниками проекта.

24 декабря 1998 года С. Ниязов принял главу компании "Shell" Хенка Дайграфа и вице-президента по развитию нового бизнеса Тургута Тусуна. Представители концерна представили результаты исследований схем поставок туркменского газа в Европу через Иран, Россию и Каспийское море, и заявили о намерении "Shell" участвовать в реализации проекта ТКГП.

27 января 1999 года компания "Enron" представила правительству Туркменистана свой окончательный вариант ТЭО проекта строительства Транс​каспийского газопро​вода Туркменистан – Азербайджан – Грузия - Турция. Согласно представленному Правительству Туркменистана ТЭО основными показателями газо​провода были:

- пропускная способность на первом этапе - 10 млрд. куб. м. в год, на втором этапе - 20 млрд. куб. м. в год и 30 млрд. куб. м. в год на третьем этапе;

- протяженность трассы газопровода до границы Турции (г. Эрзурум) составляет порядка 2000 км;

- капиталь​ные вложения - порядка 3,1 млрд. долл. США (2,1 млрд. долл. США на первом этапе).

По мнению ряда туркменских специалистов, компания "Enron" ТЭО проводила фактически без учета сейсмических данных по Каспию. Впрочем это не помешало компании сделать выводы о том, что про​ект Транскаспийского газопровода технически осуществим и экономически целесообра​зен. Однако на неофициальном уровне туркменскими специалистами представленное ТЭО было признано "сырым" и требующим более глубокой и квалифицированной доработки.

28 января 1999 года турецкая компания "BOTAŞ" представляющая турецкую сторону в этом проекте, провела презентацию материалов, отражающих перспективность рынка этой страны для туркменского газа. По представленным данным внутреннее потребление природного газа в Турции к 2020 году должно вырасти до 85 млрд. куб. м. в год, а к 2010 году превысить 50 млрд. куб. м. Прочем, данные прогнозы не подтвердились – в 2010 году Турция потребила менее 40 млрд. куб. м. природного газа (более подробно об этом в завершающей части материала).

29 января 1999 года С. Ниязов вновь принял Й.Маймана, который доложил ему о продвижении проекта – от подготовки ТЭО к формированию консорциума. И. Майман выразил уверенность в успешной организации финансирования проекта, сообщив о результатах состоявшихся переговоров с различными агентствами по кредитованию и крупнейшими банками.

4 февраля 1999 года в Ашхабаде в рамках визита прибывшего из Баку в Туркменистан первого заместителя специального советника госсекретаря США по новым независимым государствам Росса Уилсона, состоялись туркмено-американские консультации. Обсуждались вопросы двустороннего взаимодействия, осуществления реформ в Туркменистане, а также различные аспекты реализации проекта по строительству ТКГП. Р. Уилсон сообщил, что Вашингтон намерен поддержать масштабные экономические реформы в Туркменистане, и подтвердил, что Эксимбанк США (Ex-Im Bank) будет оказывать поддержку развитию проектов по транспортировке нефти и газа из каспийского региона на международные рынки. В ходе переговоров обсуждался вопрос формирования консорциума по строительству Транскаспийского газопровода. Р. Уилсон предложил в качестве лидера консорциума американскую компанию "PSG" (учрежденную американскими компаниями "General Electric"и "Bechtel"). Таким образом, компания "Enron" фактически была устранена от дальнейшего участия в реализации проекта. В итоге - выделенный правительством США грант на проведение ТЭО ТКГП "Enron" был освоен, но ТЭО пришлось в последствие неоднократно переделывать.

19 февраля 1999 года (день рождения С.Ниязова и государственный праздник День Флага) специальный советник президента и госсекретаря США по энергетическому развитию Каспийского региона Ричард Морнингстар предложили туркменскому президенту подписать меморандум об объявлении компании "PSG" (США) лидером консорциума по строительству Транскаспийского газопровода. До этого, 8 февраля 1999 года в телефонном разговоре с С.Ниязовым президент Турции С.Демирель выразил поддержку этому предложению американской стороны.

Предполагалось, что финансовую поддержку проекта будет осуществлять "Манхеттен банк" ("Bank of Manhattan"), в который ранее были переведены средства дополнительного гранта ($595 тыс.), выделенного Агентством США по торговле и развитию на оказание технической помощи правительству Туркменистана в подготовительных работах над проектом. Вторым меморандумом на "PSG" было возложено согласование (в течение 180 дней) вопросов формирования и документального оформления "ТКГП-Консорциума", на участие в составе которого, кроме государственных профильных компаний Туркмении, Азербайджана и Грузии, на различных этапах, заявляли компании "Bechtel", "Amoco", "Unocal" и "Mobil" (США), "BOTAŞ", "Koç Holding", "Merhav" (Израиль), "Shell" К проекту проявили интерес и украинские компании "Газпекс" (видела себя в качестве компании-поставщика труб и оборудования для газо​проводов на туркменском участке строительства) и "Укргазстрой".

Таким образом, лидером Консорциума и одним из спонсоров–учредителей проекта стала корпо​рация "PSG". Компания "Shell" подписала протокол намерений с "PSG" и выступила гаран​том поиска инвесторов - взяла на себя гарантии по финансовому обеспечению 50% общей стоимости проекта. Ею же была предложена 3-х ступенчатая схема заполнения трубы: на первом этапе должны были использоваться действующие западные месторождения Турк​менистана, на втором – подключение месторождения Довлетабад, на третьем – разведка, обустройство и ввод перспективных запасов газа каспийского шельфа. Впрочем, позже источниковая база для ТКГП была изменена – на месторождения, расположенные на востоке Туркменистана. Необходимо отметить, что по поводу выбора месторождений для ТКГП были определенные споры – но по отношению к Ирану и России в данном вопросе Туркменистан остался надежным партнером.

Финансовым советником проекта первоначально был выбран банк "Кредит Свис Ферст Бостон" ("Credit Suisse First Boston"). Источниками финансирования – "Ex-Im Bank of USA", гарантиро​вавший кредит в размере $1млрд., правительственные фонды Японии - от $ 800 млн. до $ 1млрд., Американское агентство по привлечению частных инве​стиций в зарубежные страны - $ 200 млн. "PSG" планировала привлечь от бу​дущих акционеров 50% необходимой суммы. Впрочем, в окончательном варианте проекта источники финансирования так же были изменены.

13 мая 1999 г. Р.Морнингстар вручил С.Ниязову послание вице-президента США Альберта Гора относительно проекта Транскаспийского газопровода. Р.Морнингстар отметил, что американские специалисты в области морского права провели изучение вариантов проведения линии раздела на Каспийском море между Турк​менистаном и Азербайджаном. Согласно публикации в туркменских СМИ, "представленная ими информация расширила подходы к разрешению этого вопроса".

21 мая 1999 года в Ашхабаде был подписан контракт о купле-продаже туркменского газа в Турцию, который должен был поставляться по Транскаспийскому газопроводу. Подписи под документом поста​вили С.Ниязов от имени им же возглавляемого Компетентного органа по использованию углеводородных ресурсов, Зия Акташ, министр энергетики и природных ресурсов Турции, и Гекхан Яр​дым, генеральный директор корпорации "BOTAŞ". В церемонии подписания прини​мали участие члены правительства Туркменистана и Турции, представители лидера кон​сорциума –"PSG", компаний "Чалык-групп" и "Мерхав".

6 августа 1999 года в Ашхабаде компанией "Shell" было подписано Соглашение о стратегиче​ском альянсе с правительством Туркменистана по сотрудничеству в области геологораз​ведки и разработки углеводородных ресурсов. Согласно Соглашению "Shell" совместно с туркменскими государственными концернами "Туркменнефть" и "Туркменгаз" должна была приступить к техническим исследованиям на перспективных территориях в Центральных Каракумах, а также на востоке и западе страны. На тот период энергетическими источниками для ТКГП рассматривались месторождения "Малай", "Шатлык", "Экерем" и "Наип". В соответствии с Соглашением о стратегическом альянсе, по завершении разведочных работ, "Shell" должна была сформировать консорциум с участием госконцернов "Туркменнефть" и "Туркменгаз", который затем должен был начать переговоры с туркменским правительством относительно заключения соглашения о разделе продукции (СРП) на исследуемых территориях. Привлечение "Shell" в качестве компании, обеспечивающей подачу газа в Транскаспийский газопровод, являлось одним из условий, выдвинутых Ашхабаду потенциальными инвесторами, которые хотели видеть у истоков трубы исключительно нефтегазовую компанию мирового уровня. В этот же день были подписаны еще два важных документа: Предваритель​ное Соглашение с лидером Транскаспийского проекта компанией "PSG", оформившее коммерческую и юридическую основы данного проекта и Протокол о намерении, подписанный руководителями "Shell" и "PSG", согласно которому компания "Shell" брала на себя гарантии по финансовому обеспечению 50% общей стоимости проекта. На церемонии подписания документов присутствовал недавно сменивший Р.Морнингстара новый специальный советник президента и госсекретаря США по энергетической дипломатии в Каспийском регионе Д.Вулф, посол США в Туркменистане С.Манн, посол Великобритании в Туркменистане Фрейзер Андреу Уилсон, испол​нительный директор "PSG" Эдвард Смит, глава "Shell Exploration" Хенк Дайкграф, члены кабинета министров Туркменистана, руководители государственных концернов и государственных корпораций топ​ливно-энергетического комплекса страны.

20-21 августа 1999 года глава Туркменистана провел встречу с министром энергетики США Биллом Ри​чардсоном, совершившим свой первый визит в Ашхабад. В переговорах приняли участие специальный советник президента и госсекретаря США по вопросам энергетической ди​пломатии в Каспийском регионе посол Джон Вулф и Чрезвычайный и Полномочный По​сол США в Туркменистане Стивен Манн. Как было написано в туркменских СМИ, "встреча, длившаяся более двух часов, продемонстрировала полное совпадение во взглядах на вопросы двустороннего сотрудничества". Ключевой темой переговоров стали вопросы, связанные с реализацией Транскас​пийского трубопроводного проекта, который, как заверил Б.Ричардсон, однозначно поддерживается правительством США. Гость отметил, что накануне визита в Ашхабад он провел переговоры с Президентом Турции С.Демирелем и Президентом Азербайджана Г.Алиевым, которые также выразили твердую приверженность дальнейшему развитию данного проекта.

На 14 сентября 1999 года в Стамбуле было намечено подписание Соглашения о создании "ТКГП-Консорциума", но его перенесли на ноябрь из-за случившегося сильного землетрясения в Турции.

18 ноября 1999 года, в ходе саммита ОБСЕ в Стамбуле президенты Турции и Туркменистана под​писали Соглашение о принципах купли-продажи газа. В этот же день президенты Туркменистана, Турции, Азербайджана и Грузии с уча​стием президента США Б.Клинтона подписали четырехстороннюю межгосу​дарственную межправительственную Декларацию о принципах реализации Транскаспийского трубопроводного проекта и "Межправительственное соглашение между Туркменистаном, Азербайджанской Республикой, Грузией и Турецкой республикой о транспортировке через территории Туркменистана, Азербайджанской Республики и Грузии на региональные рынки, включая рынки Турецкой Республики, посредством Транскаспийского газопровода". Подписание указанных документов сразу было названо главным внешнеполитическим достижением Б.Клинтона. Необходимо отметить, что данное Соглашение содержало действительно очень важный пункт, который позволял обойти территориальные противоречия между Азербайджаном и Туркменистаном. В частности, это статья 6 "Независимость от пограничных споров", гласила:

6.1 Каждое из Государств соглашается с тем, что его обязательства по Проекту ТКГ существуют независимо от любых пограничных или территориальных споров, разногласий или претензий, существующих в настоящем или могущих возникнуть в будущем между любыми из них. Никакой подобный спор, разногласие или претензия никоим образом не должны препятствовать осуществлению Проекта ТКГ либо строительству, эксплуатации или техническому обслуживанию Системы ТКГ. В частности, обязательства, описанные в настоящем Соглашении или любом ином Проектном соглашении, не будут изменяться по той причине, что расположение границы либо форма или размер Территории какого-либо из Государств подверглись демаркации, закреплению, изменению или иным видоизменениям после даты заключения настоящего Соглашения.

6.2 Не ограничивая положений пункта 6.1 выше, в случае если по какой-либо причине контроль или суверенитет над любым участком, пересекаемым Системой ТКГ, переходит от одного из Государств к любому иному Государству, то условия настоящего Соглашения остаются обязательными и должны продолжать применяться в отношении подобного участка и части Системы ТКГ, находящейся в пределах данного участка, а Государство, получившее контроль или суверенитет над подобной территорией, будет обязано соблюдать условия настоящего Соглашения, и соответствующая(-ие) Сторона(-ы) обеспечит(-ат) полное выполнение вышеуказанного.

6.3 Настоящим Азербайджан и Туркменистан соглашаются, что:

- (i) они разрешат Участникам ТКГ осуществить строительство Системы ТКГ через Каспийское море;

- (ii) данное разрешение будет предоставлено и сохранено в силе вне зависимости от того, достигнут ли Азербайджан и Туркменистан договоренности относительно правового статуса Каспийского моря и расположения границы между ними; и

- (iii) их участие в любых обсуждениях или переговорах, касающихся статуса, использования или территориального разграничения Каспийского моря, либо иным образом его касающихся, будет осуществляться таким образом, чтобы не оказывать отрицательного влияния на Проект ТКГ.

Как видим, динамика развития проекта была действительно высокой. Предварительный проект ТКГП был фактически подготовлен уже к сентябрю 1999 года. Однако в августе 1999 года впервые была официально озвучена проблема, которая в дальнейшем стала одной из главных на пути реализации ТКГП. Дело в том, что первоначально планировалось построить Транскаспийский газопровод уже в 2002 году, то есть намного раньше намеченной (в то время - на 2008 год) промышленной разработки Азербайджаном месторождения Шах Дениз. И как, изначально рассчитывала туркменская сторона (ради чего, собственно, по ее мнению и родилась идея ТКГП), через Транскаспий будет экспортироваться 30 млрд. м3 туркменского газа. Но Азербайджан при разработке предварительного проекта, который должен был лечь на стол С.Ниязову для утверждения, захотел зарезервировать в Транскаспийском газопроводе квоту для собственного, азербайджанского газа. Появление данной проблемы фактически совпало с уходом в июне 1999 года с должности специального советника президента и госсекретаря США по энергетической дипломатии в Каспийском регионе посла Р.Морнингстара (в июне 1999 года сенат США его утвердил на пост посла США в ЕС). Р.Морнингстар сумел выстроить доброжелательно-доверительные рабочие отношения с С.Ниязовым, и пользовался с его стороны симпатией. На освобожденную им должность, как было упомянуто выше, был назначен приемник в лице Джона Стерна Вульфа, которого, забегая вперед, впоследствии туркменский президент обвинит в лоббизме азербайджанских интересов в ущерб национальным интересам Туркменистана.

В общем, к сентябрю 1999 года был представлен предварительный проект ТКГП, который был выполнен в расчете на первоначальную пропускную способность будущего газопровода в 16 млрд. м3 в год, с возможностью последующего повышения до 30 млрд. м3, но не для исключительно туркменского газа, но и "для соединения перспективных источников предложения (Азербайджан, Россия)" и спроса (Турция и Европа). Протяженность газопровода должна была составить 1733 км (715 – по территории Туркменистана, 300 – пересечение Каспия, 518 – по территории Азербайджана и 200 км – по территории Грузии), на его маршруте должны были быть построены 7 компрессорных станций (КС). Свое начало газопровод должен был взять от КС "Пустынная" в центре группы газовых месторождений Восточной Туркмении и закончиться на границе Грузии и Турции. Проект предусматривал прокладку двухниточного трубопровода через Каспийское море.

За счет реализации проекта, как мыслили его разработчики, каждая из сторон должна была получить свои выгоды:

- Туркменистан – активизировать разработку обширных месторождений природного газа и получить валютные доходы;

- Азербайджан – получить валютную выручку от транзитных сборов, активизировать разработку месторождения Шах-Дениз и иных собственных месторождений;

- Грузия – получить валютную выручку от транзитных сборов, а также …… получить возможности принять участие в перевалке российского природного газа и возможность забора природного газа для внутренних нужд;

- Турция – удовлетворить растущий спрос на газ, диверсифицировать источники получения топлива, получить возможность закупки недорого топлива из надежного источника.

Идеология проекта состояла в том, что будет создана "Проектная компания ТКГП", акционерами которой станут "PSG", "Shell", правительство Туркменистана и другие акционеры (которые должны были быть определены в ходе переговоров с тремя указанными "главными" акционерами). Проектируемый газопровод должен был стать собственностью "Проектной компании ТКГП" и эксплуатироваться как система транспортировки газа. То есть газ не должен был принадлежать трубопроводной компании, трубопроводная компания должна была предоставлять только услуги по транспортировке газа на экспорт. Построенный трубопровод должен был иметь открытый доступ. То есть компании, отгружающие туркменский газ стали бы "базовыми" клиентами, но при этом Азербайджан и Грузия так же могли бы отгружать газ (свой или же третьих стран). При этом Грузия имела бы право осуществлять и отбор газа из трубопровода для внутренних нужд.

Таким образом, по замыслу разработчиков, проект был призван стать связующим элементом интегрированной системы, включающей значительные запасы газа в Туркмении (а в перспективе и Азербайджана) и развивающийся газовый рынок в Турции (прежде всего, производство электроэнергии).

Для начала реализации проекта необходимо было сначала добиться одобрения его концепции президентом Туркменистана, после чего юридически утвердить уже фактически созданную "Проектную компанию ТКГП". И только после этого (а это важно понимать тем, кто сегодня пишет, что Транскаспийский газопровод будет построен в ближайшие 10 месяцев):

- заключить отдельные соглашения между "Проектной компанией" и каждым государством: Туркменистаном, Азербайджаном, Грузией и Турцией;

- письменно и официально закрепить обязательства по государственной поддержке проекта со стороны каждого указанного государства;

- составить и подписать массу коммерческих договоренностей;

- добиться от каждой страны обязательства применять к проекту ТКГП положения Европейской энергетической хартии;

- в переговорном процессе определить и установить принципы финансирования;

- на уровне всех стран-участников необходимо было заключить единое соглашение между всеми четырьмя странами;

- закрепить официальным документом согласие на разработку Проекта и подтверждение обязательств всех стран по участию в Проекте;

- подписать соглашение о согласии четырех стран предоставить государственную поддержку "Проектной компании ТКГП" и входящим в нее местным дочерним трубопроводным компаниям;

- заключить Соглашения о транспортировке и тарифах между "Проектной компанией ТКГП" и каждым экспортером газа, а также определить базу для выплат доходов по проекту;

- и многое другое.

По мнению разработчиков концепции проекта, он должен был быть реализован в три этапа, с учетом того, что Соглашение купли-продажи между "BOTAŞ" и Туркменистаном предусматривало наличие газопровода с годовой пропускной способностью 16 млрд. м3 к 10 годовщине вступления данного Соглашения в силу: первый – 8млрд. м3, второй – 12 млрд. м3 и третий – 16 млрд. м3. При этом на втором этапе предполагалось подсоединение после пересечения Каспия к основному маршруту (для азербайджанского газа) дополнительных веток и появление новых в Азербайджане компрессорных станций, а в Туркменистане - дополнительных компрессоров к существующим КС. На третьем этапе также предполагалось добавление дополнительных компрессоров к существующим КС.

При этом принципиально важно понять, что в предложенном проекте указывалось, что к моменту завершения финансирования ожидалась отгрузка только туркменского газа, однако на более позднем этапе вероятным производителем газа дополнительно подразумевался и Азербайджан. В проекте было учтено расширение пропускной способности до 30 млрд. м3, но не исключительно для туркменского газа, а с расчетом на будущие источники поставок из Азербайджана и России (через Грузию).

Что касается источников финансирования проекта ТКГП, то "PSG" и "Shell" большую часть затрат планировали профинансировать путем привлечения заемных средств проектного финансирования (то есть, такого типа финансирования инвестиционных проектов, при котором источником обслуживания долговых обязательств являются денежные потоки, генерируемые исключительно самим проектом – в нашем случае от продажи туркменского газа в Турции (согласно имеющемуся Соглашению купли-продажи) и в Европе (о чем Соглашения купли-продажи на тот период не имелось). То есть, все вложенные в Транскаспий средства должны были оплачиваться за счет доходов, которые будут получены от реализации туркменского газа. При этом в качестве источников проектного финансирования предполагалось два – государственные учреждения США (должны были играть роль лидера) и экспортно-кредитные агентства и международные организации, которые должны были быть определены конкурентоспособностью предложений по условиям финансирования. Другими источниками должно было стать получение от экспортных кредитных агентств (ЭКА), двусторонних агентств (например, OPIC) и международных кредитных агентств (МКА) максимально возможного объема прямого финансирования (например, кредитов) или всестороннего покрытия рисков (политических и коммерческих). При этом планировалось добиться от кредиторов максимально гибких, (по мнению разработчиков предварительного предложения), условий, таких как срок погашения - от 15 до 20 лет, длительный льготный период до первой выплаты в погашение кредита, такая схема погашения, которая предусматривала бы выплату большей части средств в конце срока кредита.

Туркменская сторона посчитала, что при такой "схеме" реализации ТКГП, первую, причем, минимальную прибыль, она получит в интервале от 8 до 16 лет с начала реализации проекта.

Дополнительно к этому Дж.Ст.Вульф в августе 1999 года впервые попытался убедить С.Ниязова в необходимости от своего (С.Ниязова) имени пригласить (написать письмо Г.Алиеву) Азербайджан присоединиться к проекту в качестве полноценного поставщика газа, предоставив ему 50% мощности газопровода. Объяснялось это в том числе и тем, что, согласно вышеупомянутому Соглашению, Турция готова приобретать по ТКГП лишь 16 млрд. м3 природного газа. Говорить о том, что Туркменистан по данному газопроводу будет экспортировать 30 млрд. куб.м. газа – не является реальным, так как для этого объема нет подтвержденного контрактами рынка сбыта.

Исходя из этого, С.Ниязов начал опасаться, что непосредственно через Каспий будет проложена труба мощностью от 8 до 16 млрд. м3, наращивать ее пропускную способность в дальнейшем никто не будет - туркменский газ будет конкурировать с азербайджанским газом не только на турецком и европейском рынках, но и в "общей" трубе. При этом Туркменистану еще и предлагалось взять на себя наибольшую нагрузку обслуживания долговых обязательств по проектному финансированию ТКГП.

Можно лишь догадываться об уровне возмущения С.Ниязова по поводу содержания "предварительного предложения" по ТКГП. Однако становится понятным, почему в конце августа 1999 года с туркменской стороны прозвучало официальное заявление о том, что Туркменистан рассматривает возможность подключения Азербайджана к экспорт​ному потоку газа в Транскаспийском трубопроводном проекте, однако лишь вне рамок уже согласованных объемов поставок, определенных контрактом между правитель​ством Туркменистана и энергетической компанией Турции "BOTAŞ". Как станет понятно далее, С.Ниязов под нажимом Д.Вульфа склонялся к тому, чтобы в трубе с пропускной способностью в 30 млрд. м3 предоставить Азербайджану право экспортировать от 5 до 8 млрд. м3 азербайджанского газа в год. О том, что через Грузию по этому же газопроводу в Турцию может пойти еще и российский газ, туркменскому президенту было непонятно в принципе.

Но кроме всего прочего, к тому времени стало понятен еще один сюрприз, теперь уже связанный с источниками наполнения ТКГП. Как было сказано выше, в августе 1999 года было подписано Соглашение о Стратегическом Альянсе "Shell" с Туркменистаном. Уже в октябре 1999 года "Shell" предложила начать переговоры о подготовке Соглашения о разделе продукции (СРП) по пяти географически очерченным регионам. К этим регионам относились большинство низко затратных уже разработанных газовых месторождений в Туркмении, за исключением Давлетабада и территорий к тому времени полученных по лицензиям иными компаниями. Доказанные запасы месторождений, на которые претендовала "Shell" оценивались в 16-30 трлн. куб. фут. (примерно 450-850 млрд. куб. м) – то есть в принципе достаточно для загрузки ТКГП, особенно при такой мощности газопровода, непосредственно пересекающего Каспийское море, хватит на долгие годы. При этом в "Shell" планировали к 19 февраля 2000 года завершить переговоры и подписать с правительством Туркменистана СРП (соглашение о разделе продукции) в отношении указанных месторождений.

То есть, в самом начале интереса Туркменистана к ТКГП речь шла, в том числе и о разведке, обустройстве и вводе в эксплуатацию перспективных месторождений газа каспийского шельфа (освоить которые Туркменистан самостоятельно не в состоянии). А к осени 1999 года Туркменистану фактически предлагалось "поделиться" газом из разведанных, разработанных низко затратных месторождений, которые туркменская сторона может осваивать либо самостоятельно, либо через привлечение сервисных компаний, но никак не на условиях СРП.

Теперь становится понятным, почему к осени 1999 года С.Ниязов, несмотря на всю "активность" вокруг ТКГП, уже не верил в его реализацию. Он считал, что Туркменистан может попасть в некую зависимость не только от США и транснациональных компаний, но и от Азербайджана и Грузии, что проект получится очень дорогостоящим, сложным с точки зрения его технической реализации и опасным для Каспийского моря. Более того, азербайджано-туркменские противоречия по спорным каспийским месторождениям с точки зрения С.Ниязова оставались серьезным препятствием для реализации ТКГП. По его мнению, наиболее оптимальным маршрутом для экспорта туркменского газа в Турцию и далее в Европу мог стать Трансиранский маршрут. Но говорить об этом вслух, чтобы не раздражать США, было не принято.

С этого момента динамика продвижения серьезно замедлилась, но количество консультаций и переговоров значительно увеличилась.

Так, 18 января 2000 года в Ашхабаде проходили консультации экспертов четырех стран-участниц по проекту ТКГ. На переговорах присутствовали Д.Вулф, эксперты компаний-спонсоров проекта "PSG" и "Shell", делегацию Азербайджана возглавил вице-премьер Абид Шарифов, Гру​зии – президент грузинской международной газовой компании Алексей Гоциридзе, Тур​ции – замминистра энергетики и природных ресурсов Юрдакул Йигитгюден. Д.Вулф не скрывал имеющиеся противоречия - каждая сторона имеет свою собственную позицию и пытается отразить ее в проекте. Он призвал экспертов сконцентрировать свое внимание на общем варианте Соглашения, которое завершит юридическое оформление проекта. В выступлениях участниов подчеркивалась готовность глав делегаций содей​ствовать ускорению переговоров, результатом которых должен стать полномасштабный документ, закрепляющий обще-региональные цели, а также экономическую выгоду каж​дой из сторон. Платформой для выработки Соглашения была признана Стамбульская дек​ларация о принципах реализации проекта газопровода.

9 февраля 2000 года в Ашхабаде прошли туркмено-американские консультации. В Ашхабад прибыла делегация госде​партамента США во главе с заместителем посла по особым поручениям и специального советника президента и госсекретаря США по вопросам новых независимых государств Джоном Баерли, передавшим наилучшие пожелания Б.Клинтона в адрес туркменского ли​дера, подчеркнув, что Туркменистан был и остается важнейшим партнером США в ре​гионе. В этой связи была выражена готовность к расширению конструктивного двусто​роннего взаимодействия с учетом национальных интересов двух стран, на основе откры​тости и взаимоуважения.

12 февраля 2000 г. Б.Клинтон направил С.Ниязову письмо, в котором подтвердил поддержку Соединенными Штатами Транскаспийского проекта. В нем он еще раз заверил, что OPIC и Эксимбанк США будут выполнять актив​ную роль в превращении ТКГП в реальность. Но для этого необходимо, чтобы Туркменистан, Азербайджан, Грузия, Турция и спонсоры этого проекта заключили необходимые межгосударственные и внутригосударственные договоры. Б.Клинтон отметил важность разрешения Туркменистаном транзита азербайджанского газа по будущему ТКГП, принятия Азербайджана как полно​правного партнера газопровода. Президент США подчеркнул, что для завершения финансовой стороны проекта в текущем 2000-ом году, консорциуму необходима полная поддержка туркменского правительства, и что лучшим способом обеспечить такую поддержку, было бы официальное приглашение Азербайджана участвовать в проекте. Президент США также выразил надежду на продолжение дальнейшей совместной работы по ТКГП и быстрейшего завершения этого исторического проекта. Необходимо отметить, что данное письмо было воспринято С.Ниязовым неоднозначно – в большей степени, как элемент нескрываемого давления.

17 февраля 2000 года в преддверии двойного праздника – Дня Государст​венного флага и юбилейного (60-го) дня рождения С.Ниязова, глава Туркменистана на встрече с иностранным дипломатическим корпусом особо остановился на вопросах, связанных с транспортировкой туркменского газа на ми​ровые рынки. Говоря о ТКГП, он подчеркнул, что если реализация Транскаспийского газопроводного проекта не будет отвечать экономическим интересам Туркменистана, то Ашхабад не намерен действовать в ущерб себе, и если возникают проблемы в реализации тех или иных проектов, то концепция многовариантности оставляет за Туркменистаном право выбирать партнеров и перспективные рынки сбыта. В развитие темы глава государства сообщил, что 18 февраля пройдут переговоры с делегацией ОАО "Газпром" во главе с Р.Вяхиревым, в ходе которых планируется обсудить возможность подписания долгосрочного соглашения о поставках в Россию ежегодно 50 млрд. м3 туркменского газа в течение 30 лет. Со слов С.Ниязова и эти объемы могут быть увеличены, поскольку после проведения незначительных ремонтных работ газопровод в северном на​правлении способен пропустить до 100 млрд. м3 природного газа в год. Одновременно Туркменистан планирует увеличить объемы поставок газа в Иран.

24 февраля 2000 года С.Ниязов принял специального посланника президента Турции, заместителя ми​нистра иностранных дел Митхата Балкана и специального советника президента и госсекретаря США по вопросам энергетического развития Каспийского региона Д.Вулфа. Во встрече участвовали представитель президента Туркменистана в проектах по продаже туркмен​ских энергоресурсов на рынке Турции, глава группы компаний "Чалык Холдинг" Ахмет Чалык и руководители национальной энергетической компании Турции "BOTAŞ". М.Балкан проинформировал С.Ниязова о том, что прибыл в Ашхабад по поручению президента Турции С.Демиреля и передал туркменскому лидеру письменное послание главы Турции. От имени руководства Турции М.Балкан заверил С.Ниязова в при​верженности Анкары скорейшей реализации Транскаспийского газопроводного проекта, который позволит Турции осу​ществлять закупки туркменского газа.

Посол Д.Вулф, в свою очередь, передал С.Ниязову заверения от американского правительства относительно максимального содействия развитию ТКГП, выразив убежденность в том, что его реализация имеет стратегическое значение для поступательного экономического развития как стран, участвующих в проекте, так и региона в целом.

Туркменский президент заявил, что реализация ТКГП должна осуществляться в строгом соответствии с национальными и экономическими интересами Туркменистана. С.Ниязов напомнил о последовательной приверженности Туркмени​стана принципам создания многовариантной региональной трубопроводной инфраструктуры, подчеркнув право своей страны искать дополнительные возможности для экспорта энергоресурсов.

Президент подчеркнул, что первоначальная концепция Туркменистана по ТКГП осталась неизменной, и различные слухи, появившиеся в последнее время в связи с этим крупным проектом, абсолютно беспочвенны. На основе конкретных примеров туркменский президент показал их необоснованность и призвал участников встречи приложить усилия для скорейшего осуществления этого проекта. В этой связи С.Ниязов сообщил о том, что ведется работа по выводу туркменского при​родного газа на другие мировые рынки. В том числе заявил, что Туркменистан продолжает пе​реговоры с Россией по увеличению объемов поставок туркменского газа по действую​щему трубопроводу в направлении российского рынка.

При этом С.Ниязов дал понять, что участвуя в ТКГП-проекте, Туркменистан намерен ис​ходить из национальных интересов и принципов экономической безопасности, он заявил, что предложение предоставить Азербайджану 50% квоту в Транскаспийской трубе, мощность которой лишь в перспективе будет 30млрд. м3 газа в год, идет вразрез с экономическими интересами Туркменистана, и намерение Азербайджана обеспечивать своим газом половину мощно​сти будущего трубопровода делает проект невыгодным для Ашхабада. Со слов С.Ниязова, принимая во внимание заявку Азербайджана, Туркменистан может рассчитывать на первую прибыль от продажи газа лишь через 8 лет после ввода газопровода в эксплуа​тацию. Между тем, средства, которые планируют выделить на реализацию проекта амери​канские финансовые институты (около $3млрд.), придется возвращать гораздо раньше. "Мы никогда не согласимся с условиями, которые грозят нам экономической зависимо​стью",- заявил туркменский лидер. В этой связи С.Ниязов выступил с критикой в адрес деятельности посла Д.Вулфа, отметив, что с его приходом на этот пост отношения между Туркменистаном и транзитными странами осложнились. Причина – в противопоставлении интересов и политизации сугубо экономических проектов. Президент напомнил также, что и прежде участие амери​канских компаний в газопроводных проектах Туркменистан-Иран-Турция и Туркмени​стан-Афганистан-Пакистан не привело на стадии их практической реализации к конкрет​ным результатам. Глава Туркменистана заявил, что Туркменистан готов самостоятельно построить свой участок ТКГП и продавать газ Турции на морской границе с Азербайджаном, оставляя решение проблем, связанных с последующим транзитом топлива, за турецкой стороной и Транскаспийским консорциумом. "Азербайджан и Грузия выступают в этом проекте только как транзитные страны и мы готовы оплатить лишь их услуги по организации поставок газа",- подчеркнул С.Ниязов –"А если Азербайджан готов осуществлять поставки своего газа в Турцию вне рамок ТКГП, Туркменистан отнесется к нему с пониманием." С.Ниязов сообщил, что Туркменистан уже имеет соглашение с компанией Турции "BOTAŞ" о поставках 16 млрд. м3 природного газа турецким потребителям, и в перспек​тивные планы входит реэкспорт дополнительных 14 млрд. м3 в Европу. (Этим вопросом должна была заняться совместная туркмено-турецкая компания "21 Асыр- Туркменин Алтын Асыры" ("XXI век – Золотой век Туркмен")). И с самого начала этот проект делала привлекательным и экономически выгодным для Туркменистана транспортировка именно 30 млрд. м3 туркменского газа и никак не меньше. С.Ниязов заявил, что потребители Турции в любом случае получат туркменский газ, который будет поставляться им как через территорию РФ, так и через Иран и Каспий, и сообщил, что уже сегодня из 20 млрд. куб.м. туркменского газа, покупаемого Россией, около 6 млрд. куб.м. поставляется в Турцию по цене значительно выше той, которую предлагает Ашхабад в случае реализации Транскаспийского или Трансиранского трубопроводных проектов.

Туркменский лидер сообщил, что в марте 2000 года начнутся предметные переговоры по продаже в течение 30 лет туркменского газа в Россию в объеме 50 млрд. м3 ежегодно. "Нам надо жить и развивать экономику, так что условие ввода ТКГП в строй только в 2004 году не отвечает интересам Туркменистана, который уже сегодня имеет значительный экспортный потенциал", – заявил С.Ниязов. При этом он призвал участников встречи довести по​зицию Туркменистана до глав государств, участвующих в ТКГП, отметив необходимость разработки кардинальных мер по скорейшему развитию проекта, подчеркнув при этом, что предложения по ускорению процесса должны быть представлены к 20 марта. Туркменский лидер также сообщил, что в ходе намеченного на 28-29 марта офици​ального визита в Ашхабад С.Демиреля обсудит с ним конкретные детали ТКГП, поскольку именно к этому времени будет готов проект рамочного четырехстороннего межгосударственного соглашения и другие документы по ТКГП.

Необходимо подчеркнуть, что 24 февраля 2000 года, а также в течение нескольких последующих дней по всем каналам туркменского телевидения было неоднократно повторено выступление С.Ниязова на выше упомянутой встрече. Для понимания ее атмосферы, а также внешнего эффекта, который произвел данный "репортаж", приводим неофициальный перевод основной части выступления туркменского президента:

"С.Ниязов: Мы против политизации этого вопроса. Это экономический вопрос и здесь политику мы не примешиваем и не хотим. Тут должны быть соблюдены национальные интересы всех государств, кто имеет отношение к ТКГП. И он таковым будет. Вам представляю слово.

М.Балкан проинформировал С.Ниязова о том, что прибыл в Ашхабад по специальному поручению президента Турции С.Демиреля и передал туркменскому лидеру письменное послание главы Турции. От имени руководства Турции М.Балкан заверил С.Ниязова о приверженности Анкары скорейшей реализа​ции Транскаспийского газопроводного проекта, который откроет энергетиче​ский коридор между двумя странами и позволит Турции осуществлять за​купки туркменского газа.

Посол Д.Вулф передал С.Ниязову обещания американского правитель​ства относительно максимального содействия развитию ТКГП, выразив убе​жденность в том, что его реализация имеет стратегическое значение для по​ступательного экономического развития как стран, участвующих в проекте, так и региона в целом.

С.Ниязов: Самое главное, чтобы искренним быть и честно решать во​просы. У нас нет политизации. Мы заинтересованы в ТКГП, но не в том плане, о чем вы думаете. Я единственно хочу сказать, мы и в прошлый раз говорили, и сейчас вы будете говорить о газопроводе, а потом опять сошле​тесь, что частные компании решают, и это не ваш вопрос. Давайте определимся. Вы с моими заместителями говорили о технических преимуществах, там 16 млрд., 30 млрд. Это вопрос экспертов. И если вы это беретесь дискутировать, говорите ваше мнение. Я просто хотел сказать, насколько вы потом в состоянии будете нести от​ветственность? Мы сейчас с вами будем вести переговоры по трубопроводу. С ваших уст звучит все время - 16, и из них 50% азербайджанский газ. И вы там, на Кавказе находясь, все время на это какие-то заявления делаете, ведете эти разговоры. Мы не возражаем. Но у нас есть свои убеждения по вопросу наших национальных экономических интересов. И не надо нас ни в чем, ни обвинять, ни убеждать. А вот какова ваша позиция – как хотите. Вот это мы хотим узнать. Пожалуйста. Я еще раз хочу спросить вас. Я его (Клинтона) позицию знаю. Г-ну Клинтону я еще раз напишу письмо после нашего разговора, бо​лее подробно. Он полностью, видимо, не владеет, не информируется, все вопросы, которые мы здесь решаем, я просто хочу, чтобы вы знали: мы более под​робно проинформируем вашу сторону, и, я думаю, что вы согласитесь с этим.

Вы хотите Демиреля слушать, очень хорошо. И я жду, 28 – 29 марта его визит, позавчера еще разговаривали. Будем вести разговор. Друг друга мы понимаем, поэтому записку я сделаю, в отношении газопровода.

Вы уже 7-ой раз нас агитируете, что это национальную независимость укрепляет, это важно. Мы это все и так знаем, это в наших интересах. Давайте кон​кретно, какие у вас новые предложения, по сравнению с теми, есть. Первона​чальное соглашение было, и мы от него не отходим. Вот это интересы наши учитывает. Была наша договоренность и в Вашингтоне и здесь, поэтому мы от нее отходим или нет? Давайте так действовать: есть ТКГП первоначаль​ный. Есть у нас договоренность. И вот эта договоренность будет выпол​няться, в ней интересы Туркменистана. Вот про эту позицию вы и скажите. А что вы меня агитируете: Алиев сказал, Шеварднадзе сказал? Эти страны – страны транзитные. Я вам с первого дня говорил: я с ними подпишу соглашение. Вы давайте договоримся об этих 30 млрд.кубов. Вы же их подключили ко всем дискус​сиям. Вы там политизируете. Поэтому вопрос и затянут – потому что вы его совсем поли​тизировали. Какое имеет отношение Грузия к рассмотрению ТКГП? Это транзитная территория, за которую платят деньги, и газопровод по ней проходит. Вы же в ходе поездок туда, переговоров, заявлений, интервью, репортажей полностью этот вопрос политизировали.

Я 15 лет продаю газ, будучи руководителем Туркменистана. Я знаю, как это делается. Что касается Азербайджана, я сказал вам, я договорюсь с Алиевым сам, сколько газа он возьмет, но чтобы сбить нас, вы начинаете с того, что пропускная способность первоначально будет 16 млрд. Это фантастическое ваше предложение, о котором и речи никогда не было. До этого разговора не было, до вас работал Морнингстар. И Алиев не ставил вопрос. Последний разговор, когда я сказал Алиеву: хорошо. До 5 млрд. вашего газа в 30 млрд. мощности. Вы начали политизировать, политические условия начали ставить, шантажировать нас стали. Это вообще несерьезно даже. Поэтому, если вы хотите нам доказать, что мы поровну с Азербайджаном, мы этого не будем делать. Я этого больше не хочу вам говорить, продолжать дискуссию. Это наша твер​дая позиция. Никогда мы на это не пойдем, и экономически мы там теряем, через 8 лет начнем прибыль получать, мы не политизируем, мы исходим из национальных интересов.

Ну, мы же ясно говорили: нам не выгодно 16 млрд. пропускной способности. Понимаете, что мы же это в 3 млрд. долларов оцениваем стоимость проекта, мы потом деньги возвращать не сможем, и прибыль получать. Ну, около 3-х там, до 3-х он доходит у вас уже.

Мы очень любим Турцию и хотим дать газ им с таким условием, чтобы ничего не затя​гивать. Вы же затягиваете его умышленно. Именно вы.

Мы согласны – делайте, сами стройте за свой счет ТКГ, а мы на границе в Каспии вам дадим 16 млрд.. Но тогда мы не будем участвовать, ни в консорциуме, ни в ваших других проектах. Мы соглашение с вами подписали. На нашей границе в середине Каспия 16 млрд. на 20 лет, пожалуйста. Мы и на это идем – сами свой участок построим за свой счет. Это несет нам убытки, но мы пойдем на это. Это надо за​помнить, я и в тот раз об этом говорил. Транзитные территории никакого отношения не имеют к газопроводу. Вы в начале сказали о каких –то равных выгодах трех стран, четырех стран. Никогда не может равной выгоды быть. Мы тран​зит платим и они получают за это деньги, за то, что разрешили провести трубу через их территорию. Если вы политически хотите азербайджанский газ, пожалуйста, стройте с ними трубу. Нет, мы на это не обидимся. Так что ж вы от нас хотите? "Бо​таш" прекрасную работу провела, с Турцией контракт подписали на 30 млрд. 14 млрд. – это наша забота, где разместить. Вот у меня есть фирма "Золотой век" Ахмета Чалыка. Он размещать будет оставшиеся 14 млрд куб.м.. Пусть ваша голова на счет этого не болит. А как же тогда он азербайджанские 16 млрд. берет? Я не могу понять вас. Поэтому я разговор конкретный веду. Позиция наша жесткая. Мы ува​жаем Америку, готовы сотрудничать, давайте исходить из тех договоренно​стей, которые были достигнуты ранее. Но, даже не согласовав с нами, менять вам и говорить о 50на 50% доступа к трубе с Азербай​джаном, мы вам, конечно, не разрешим. Вы уже стали предлагать этот про​ект 50х50, мы даже его не видели.

Посол Д.Вулф: Я никогда не говорил 50х50.

С.Ниязов : И в прошлый раз говорили и этот раз хотите. Протокол вон записывают. Хотите текст вам дадим.

Посол Д.Вулф: Мы никогда не выступали за 50х50.

С.Ниязов О чем тогда идет речь?

Посол Д.Вулф: Мы говорим о проекте, на базе которого вы имеете соглашение с Тур​цией о продаже 16 млрд. Я в действительности сказал то, что на базе соглашения о продажи 16 млрд. куб м. невозможно осуществить прокачку 30 млрд.

С.Ниязов: Хорошо дадим время, они сейчас прорабатывают соглашение по поводу 30 млрд.. Мы проработаем с турецкими и другими сопредельными странами. Размещение газа берем на себя – те оставшиеся, не законтрактованные на сегодня 14 млрд. куб.м. И можем в течение ме​сяца дать проект вам, контракт, соглашение об этих общих 30 млрд. Если вас это бес​покоит. Что вам еще надо? Нам 16 млрд. невыгодно. Мы не можем в убыток себе идти на 16 млрд. Это запомните, мы не пойдем никогда. И не уговаривайте нас даже. Это наша твердая позиция. Все.

Посол Д.Вулф: Все дело в том, что, если вы хотите пропускать больше объем газа, не​жели согласовано, то тогда нужно договариваться об иных объемах трубы.

С.Ниязов: Первоначально договоренность была о 30 млрд., не надо ни о какой иной трубе гово​рить. И Смиту я говорил это, четко, никто тогда не возражал. Что вы тут устраиваете? Что вы тут объясняете? Я никогда не говорил о 16, речь всегда шла 30 млрд. Вы сейчас это второй раз поднимаете, меня опровергаете.

Посол Д.Вулф: Вы хотите, чтобы быстро получить возврат затрат. , но для этого нужно, чтобы изначально достичь полной загрузки трубы, чтобы она была заполнена сразу.

С.Ниязов: Я вот о чем говорю: в самом начале разговор шел о полном заполнении. Я и в начале говорил, что 16 млрд. не выгодно нам. Вы очень хорошо знаете. Что ваши кредиты около 3-х млрд. надо возвращать. О какой выгоде мо​жем речь вести? Мы на 8-ой год только что-то получим. Нам вообще это не вы​годно. Неужели вы не поймете, что я говорю? Вон эксперты сидят, считают же. И ваши сидели. Так о чем тогда договариваться, если вы ущем​ляете наши экономические национальные интересы? Я не хочу в соглашении иметь предварительно не договоренные пункты. Надо конкретно, все на полочки поставить. Инсинуации? Азербайджанский газ должен получить доступ? Хорошо, дайте им квоту в 5 млрд., я тогда еще говорил, а 25 млрд. должны быть наши. Я говорил это, давайте соглашение по Азербайджану. Но вы там их подстрекаете, хотя Азербайджан с нами полностью согласен. Так и появилось разногласие между Туркменистаном и Азербайджаном. До вас этого не было. Морнингстар прекрасно ездил. Я с Алиевым несколько раз по теле​фону говорил. Вы же начали какие-то чернушные переговоры. Мы уже это испытали. Вот послушайте меня. Мы точно такое уже испытали, когда хотели в Пакистан идти с газопроводом. "Юнокал" поработал, потянул, потянул, потом бросил. Сейчас такая же картина. С Демирелем мы подписали в 1993-1994 годах поставки газа через Иран. Тоже вы поддержали. Я был в Америке и встречался там со многими, но те тоже бросили нас потом. Теперь и вы тяните, а через год нас опять бросите. А страдать будет Турция. Она на 7% всего лишь обеспечена газом. А вы тут о каких-то 16-ти млрд. говорите. 7% обеспеченности! А они же говорят о потребности в 2010 г. в 40-50 млрд. Им надо не только электростанцию, но и население газом обеспечивать. Поэтому туда от нас не 16-ти миллиардный, а 30 миллиардный нужен. Вас беспокоит, что лишний газ будет, да пусть вас это не беспокоит! Иногда тридцатимиллиардный газопровод окупается в два раза быстрее, чем шестнадцатимиллиардный. Вы просто неправильно понимаете. Здесь больше политики. Я еще раз говорю, вот наша позиция: 30 млрд. – и мы готовы вместе работать. Если всего 16 млрд. будет пропускная способность, то мы готовы вам на нашей границе продавать, но стройте сами. Соглашение подпишем о продаже 16 млрд. в установленные сроки. Если 16 млрд, то мы должны по своей территории 1100 км, еше с морем 150 км трубу проложить. Платить за эту трубу кто будет? Вы? Никогда. Вы просто сейчас говорите некомпетентно. Территория, через нашу, по которой проходит труба, от Шатлыка до середины Каспия, кто будет за ее платить? Будете вы платить, кредит давать. Но вы же сразу возврат требуете. Так что же вы хотите от нас? Чтобы мы 8 лет расплачивались за эту трубу, которую надо через нас построить ради 16 млрд.? Г-н Вульф, я вас просто не понимаю. Что вы мне доказываете? Мы очень уважаем вас, вашу позицию, но нельзя же нас в угол загонять, как будто мы совсем уже не знаем ничего. Вы нам говорите о преимуществах 16 млрд. А эта часть трубы не сидит в консорциуме. Вы посмотрите проект. Поэтому я еще раз говорю нашу позицию, чтобы вы знали, я не хочу тут дискутировать. С Азербайджаном мы будем говорить. Я не хочу, чтобы вы от имени Азербайджана с нами говорили. И от нашего имени тоже не надо го​ворить. Мы поговорим сами с ними и договоримся. Какой объем, мы сами согла​суем. Зачем вы влезли и нас запутали? А я вам сказал: давайте мы здесь до​говоримся, я с Алиевым и с Шеварднадзе подпишу все документы. Я с ними тоже говорил. Вопрос-то вы ставите. Что-то, вы с соседями темните, видимо, у вас цели какие-то.

Посол Д.Вулф: Я говорю о проекте, который должен работать.

С.Ниязов: Работает, но, если вы так будете делать, никогда он не заработает. Вы не думайте, что мы пойдем на 16 млрд. Мы не можем в убыток себе работать. Они же вам сказали, объяснили. Это вы сейчас говорите. Давайте документ подпишем, доля Азербайджана – 5 , и все. Но, не так как вы крутите.

Давайте документ, пусть компания работает, конкретно, с учетом пер​воначальных договоренностей. И не надо на нас валить срыв ТКГП, валить на Туркменистан. Это очень несерьезно. Я бы на вас свалил лично. Я буду очень рад, если Азербайджан найдет газ и продаст Тур​ции. Нашему газу есть покупатели. Мы не туда, так в другое направление выйдем. Мы в этом убеждены. Вы пришли и посеяли эти семена недоверия. Я хочу сказать, что мы без вас могли договориться, что Турция могла туркменский газ получить еще в 93-94 году в объеме до 50 млрд. Но политические вопросы были. Через Иран не идти, Кавказ пылал в огне, в Абхазии в других местах. Наше руководство подписало, и Эрбакан подписал с Ираном о закупке 20 млрд. газа. Только иранцы сказали: мы у вас закупим и прода​дим. Я говорю, ну мы это посмотрим, как дальше. Мы пошли, потому что нам жить надо было, нас блокировали. Россия продает в 12 стран этот газ, но только вы получаете по цене в 2 раза больше. У меня список есть, куда продают. Мы с братом Демирелем шесть раз подписывали соглашение о покупке туркменского газа. Сейчас опять все разваливается, разногласия, позиция Азербайджана, которую отстаивает только г-н Вульф. Никто у нас с Азербайджаном не ставил так этот вопрос, я вам честно говорю. Думаю, тут происходит сознательное затягивание, невыполнение условий предварительных договоренностей. Видимо интересы есть политические. Но нам-то надо газ продавать и вам надо газ, нам надо продать, вам купить, будем искать все пути.

В 2002 году мы продадим вам газ или нет. Ни одна компания не может сказать. Вот сейчас опять только дискуссии. Нам надо жить, экономически развиваться. А до 2004 г. – это еще 5 лет. Поэтому конечно мы начали переговоры вести с Россией. По инициативе России будем вести переговоры. Если бы мы решили все вопросы по догово​ренности в декабре, как вы и обещали, тогда мы в декабре могли бы по-дру​гому смотреть. Хорошо, что мы тогда с Россией договорились о продаже 20 млрд. газа в Россию. Это нам все-таки позволило сформировать государственный бюджет. Мы надеяться уже не могли на вас. Мы ведем переговоры с Россией, был здесь Вяхирев. Уже 6 марта на​чинаются экспертные переговоры с Россией по закупке 50 млрд. газа. Я здесь не буду ждать, когда решиться этот газопровод. Что мы должны втемную работать? А втемную никто не живет и не работает. Тем более этот газопровод и поставки газа в Россию – из разных источников добычи. Так что договоритесь, эксперты работают, до 25 марта дадут предло​жения. Я тот раз говорил, вы не поверили, что я с Россией начинаю перего​воры. Вы ухмыльнулись, г- Вульф. Вы тогда сказали, продавайте куда хо​тите. Вы помните, наверное, ваши слова. Я никогда не вру. Я вам честно от​крыто говорю - мы начали переговоры. Э.Смитт дал свои предложения с учетом договоренностей до 20-22 марта, чтобы продлить полномочия консорциума, мы должны полу​чить окончательные предложения. Об этом договорились. Америка очень любит четкость и исполнительность, мы подражаем вашему стилю. А Турции мы свой-то газ отда​дим. Но они его получат либо через Россию и намного дороже, либо через Транскаспий, либо через Иран. Но мы доставим вам газ. Потому что знаем, в чем ваши потребности. Поэтому здесь никаких политических мотивов нет, кроме национальных интересов наших народов.

Выйдем мы на Европу. Конечно, время теряем. Вы моему брату Демирелю передайте, что мы полностью все понимаем. Во время визита его 28-29 марта мы еще раз продолжим. К этому надо подготовиться экспертам.. Где там невыгодно, экономически ущемляются наши интересы, не надо нас уго​варивать, убеждать. Я вам скажу, вот Туркменистан, я готов с Турцией под​писать.

Вот, если вы в Каспийском море на стыке у нас готовы покупать, а дальше Азербайджан, все, это вы определяйте. Это я вам легкий вариант го​ворю. Любое количество газа мы вам на границе продадим по доступной цене. А дальше вы сами решайте. Вот у нас консорциум. 1400 км трубу мы должны сделать по нашей территории. Мы ее сами сделаем. Она будет рассчитана на 50 млрд. Она с Мары идет. Это другое автономное месторождение. А в Россию пойдет из месторождения Давлетабад. Это совсем другое месторождение. Иран получает у нас с этого месторождения. И мы сейчас опять открыли газ здесь. 12 млрд. в год по этой трубе будем продавать, обеспечивать в Иран. У Ирана есть труба, вот сюда до вас через Теб​риз. Они хотят покупать от нас. И сюда не идем. И это закрыто, и это закрыто. Афганистан, Пакистан закрыто. На любое Турция была согласна. Брату Демирелю скажите. Если консорциум без нас свою часть сделает, мы свою часть сами сде​лаем. Так мы быстро, наверное, определимся. Чтобы не тянуть. Запутывать нельзя. Мы готовы Транскаспийский вместе делать, но надо выполнить обязательства. Сегодня у вас условия не позволяют, завтра – у нас. Давайте пусть компания работает, 20 марта – приглашение на обсуждение. Поэтому давайте так решим, единственный вариант: пусть дадут окончательные пред​ложения, и четко надо их обговорить. Что реально и не надо поли​тизировать. Мы без политики, мы экономически решать должны. Мы не хотим втемную работать. Я еще раз говорю: вслепую мы не пойдем. Есть – нет у Азербайджана газ, это нас не касается.

Посол Д.Вулф: Мы от вас получили очень важный сигнал" (конец репортажа).

Таким образом, становится понятным, что после данной "беседы", неоднократно повторенной по туркменскому телевидению, специальный советник президента и государственного секретаря США покинул Туркменистан и больше в нем не появлялся. Однако 28 февраля 2000 года в Стамбуле им была организована пресс-конференция, в ходе которой он заявил, что на переговорах по поводу нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан и Транскаспийского газопровода, был достигнут значительный прогресс. Ниже цитата из его специального заявления: "Я много читал о нашем визите с послом Митхат Балканом в Ашхабад и видел по теле​видению часть материалов в связи с ним. Поэтому мне хотелось бы осветить ряд аспектов. То, что сообщалось по телевидению и в сообще​ниях телеграфных агентств, отражало только часть происходившего на встрече. Да, наши дискус​сии были энергичными, да, президент Ниязов поднимал различные вопросы и высказывал ряд опасений. Кроме того, по-видимому, он получает в значительной мере неполную и/или неточную ин​фор​мацию о турецкой и американской политике в отношении ТКГП. Вопреки со​общениям средств массовой информации встреча привела к конструктив​ным результатам. На самом деле активность призывов президента Ниязова к уско​рению реализации проекта ТКГП наряду с рядом конструктивных ре​коменда​ций, которые он дал, лишний раз подчеркивают его сильное жела​ние как можно скорее добиться успешного строительства Транскаспийского га​зопровода". В данном заявлении содержался весьма важный посыл, который, несмотря на желание Д.Вулфа, впоследствии не оправдался. А именно (вновь цитата): "Турецкие официальные лица дали ясно понять Президенту Ниязову о том, что Турция намерена покупать туркменский газ только через ТКГП". Из данного заявления следовало, что США возлагают большие надежды на намеченный на конец марта визит в Ашхабад президента Турции С.Демиреля.

Накануне визита, а именно, 20 марта 2000 года "Shell" и "PSG" представили С.Ниязову "окончательное и улучшенное предложение" по ТКГП, срочно увеличив пропускную способность трубы, которая должна была бы пересечь Каспий, с 16 до 30 млрд. м3 в год. О сути иных моментов "окончательного и улучшенного" предложения будет подробно сказано ниже. Сейчас же лишь обратим внимание на то, что туркменский президент вновь заявил, что связавшись с ТКГП, он пошел на большие политические риски во взаимоотношениях с Россией, а его обманули, и теперь лишь благодаря тому, что Россия покупает в текущем году 20 млрд. куб.м. газа, можно будет наполнить бюджет. На что было заявлено, что ему не следует беспокоиться о гарантиях безопасности, так как "….. Турция естественно придет на помощь при возникновении какой-либо проблемы, будь то строительство, эксплуатация или безопасность газопровода. Как Вы знаете, страны Спонсоров и Турция являются членами Североатлантического военного блока НАТО, что само по себе гарантирует безопасность энергети​ческих коридоров и вложенных в них инвестиций".

При этом необходимо отметить, что сам стиль направляемых посылов в адрес С.Ниязова, все в большей степени походил на ультимативный. В частности, в тот период аргумент о том, что "… каждый день задержки в реализации Про​екта усложняет задачу по началу поставок туркменского газа в Турцию к концу 2002 года и фактически делает эту задачу менее вероятной для осуще​ствления. Результатом неспособности поставить на турецкий рынок к концу 2002 года может явиться потеря этого рынка для туркменского газа, по край​ней мере, на одно десятилетие" занял одно из ключевых мест. То есть, это лишний раз подтверждает, что ТКГП рассматривался в первую очередь как конкурент "Голубому потоку", а интересы Туркменистана в данном "проекте века" имели для "спонсоров" второстепенное значение.

Параллельно с этим американская сторона усилила свое давление на С.Ниязова, пытаясь традиционно сочетать "кнут и пряник". В качестве "пряника", США пообещали выделить через ЭКСИМБАНК 500 млн. долларов на сельскохозяйственные кредиты (в основном под закупку американских зерноуборочных и хлопкоуборочных комбайнов) и первый транш предоставить уже в 2000 году.

При этом Спонсоры проекта (SHELL и PSG) проекта продолжали настаивать на том, что С.Ниязову представлен именно "окончательное и улучшенное" предложение. В чем же это заключалось? В следующем:

- Спонсоры ("Shell" и "PSG") приняли решение о предоставлении всего финансирования, необходимого для разработки и строительства Проекта. Это означает, что Спонсоры самостоятельно берут на себя весь связанный с финансированием риск, тем самым устраняя в настоящее время необходимость вовлечения финансов, предоставляемых третьими сторонами;

- Решение Спонсоров профинансировать Проект самостоятельно означает, что Проект будет готов к поставкам первого туркменского газа в Турцию согласно первоначальным срокам к концу 2002 года, при условии, что все другие участники будут выполнять свои обязательства своевременно. Строительство проекта начнется после формирования финансирования, запланированного на вторую половину 2000 года, в соответствии с договором по твердой цене под ключ при обычных гарантиях;

- Спонсоры приняли решение снизить минимальную реальную норму прибыли на капиталовложение Проекта до 15.2%, которая может изменяться в сторону увеличения при определенных обстоятельствах, но в любом случае не превысит реальную прибыль на капиталовложение на уровне 25%. Но Спонсоры не смогут принять участие в Проекте, если прибыль не будет в этих пределах;

- Проектная пропускная способность разработана в целях покрытия общего потенциального спроса на транспортировку газа в объеме 30 миллиардов кубометров в год до турецко-грузинской границы. Это включает газ из Азербайджана, который будет поставляться на основе договора о купле-продаже газа, который, как ожидается, будет заключен в будущем. Базовый вариант проекта даст возможность на транспортировку 16 миллиардов кубических метров газа, в соответствии с тем, как предусмотрено в Соглашении о купле-продаже газа, заключенного между Правительством Туркменистана и "BOTAŞ", а также первоначальных азербайджанских объемов. После этого Проект будет расширен до дополнительной пропускной способности 30 млрд. м3 газа в год, после того, как упомянутый объем будет подкреплен дополнительными соглашениями о купле-продаже природного газа;

- От правительства Туркменистана не будет требоваться предоставления прямых государственных гарантий финансирования. Тем не менее, правительству Туркменистана будет необходимо взять на себя определенные обязательства касательно финансирования Проекта, такие как структура оффшорных платежей и счетов, а также залоговый пакет. Кроме того, от правительства Туркменистана потребуется предоставление гарантий выполнения обязательств касательно поставок газа в трубопровод;

- Спонсоры сделали значительные проработки в этом вопросе, и с сожалением сделали вывод, что ни они, ни третьи стороны не будут в состоянии обеспечить предоставление предварительного финансирования (С.Ниязов настаивал на том, чтобы правительство США выделило 200 млн. долларов в качестве предварительного финансирования (в качестве своеобразного залога, который, по мнению С.Ниязова, подтверждал бы "серьезность намерений" - прим. Авт). Тем не менее, решение Спонсоров самостоятельно профинансировать проект, и, таким образом, завершить его в пределах графика, отвечающего ожиданиям правительства Туркменистана, означает, что Туркменистан будет получать доходы, начиная уже с момента первых поставок газа в конце 2002 года;

При этом цена на газ была привязана по определенной формуле к цене на нефть. Расчеты производились с учетом прогноза цен на нефть в 2003 году в размерах 14, 17,5 и 25 долларов за баррель. За базовую цену была взята предполагаемая долгосрочная цена 17,5 долларов США за баррель. При среднем показателе (17,5$) стоимость туркменского газа оценивалась в 27 долларов США за 1 тысячу м3 на "устье скважины" (нетбэк - чистый доход продавца за вычетом транспортных и экспортных затрат), 53 $ на границе Туркменистана, и 78$ на грузино-турецкой границе.

Туркменская сторона еще не успела приступить к подробному изучению "окончательного и улучшенного" предложения, как 21 марта 2000 года в Конгрессе США состоялись слушания о "Состоянии демократизации и соблюдении прав человека в Туркменистане", которые до этого неоднократно переносились. В ходе слушаний негативной оценке был подвергнут факт избрания C.Ниязова пожизненным президентом, несмотря на то, что ранее американцы сдер​жанно выказывали собственные оценки данному факту. Материал содержал резкую, откровенно негативную оценку внутренней политики С.Ниязова, а также изобиловал эпитетами типа "тиран". В слушаниях принял участие А.Кулиев, лидер (на тот период) туркменской оппозиции в изгнании. Нетрудно догадаться о реакции С.Ниязова.

28-29.03.00 состоялся официальный визит в Ашхабад президента Турции С.Демиреля. Турецкий президент подтвердил интерес Турции к ТКГП и ее готовность ежегодно покупать (и оплачивать) туркменский газ через TKGP в объеме 16 млрд. куб. м. А также возможность увеличения покупаемого объема туркменского газа до 30 млрд. куб. м. по мере увеличения рыночного спроса на него в Турции. Но надежда американцев (в лице Дж.Вулфа, по крайней мере) на то, что он займет жесткую позицию ("Турция готова покупать туркменский газ исключительно по ТКГП") не оправдалась. Это объ​ясняется тем, что интересы Турции в Туркменистане не ограничиваются одним лишь Транскаспийским проектом, и в ходе переговоров обсуждался широкий спектр направлений (менее глобальных, но более реальных) экономического сотрудничества (капитальное строитель​ство, текстильная промышленность, транспорт, связь, электроэнергетика, в том числе поставки относительно дешевой туркменкой электроэнергии в Турцию и другое). Переговоры прошли в традиционной атмосфере добро​желательности, свойственной официальным турецко-туркменским отноше​ниям. Но в ходе посещения двумя президентами нового текстильного комплекса, который был построен турецко-японским консорциумом и сдан в эксплуатацию в феврале 2000 года, С.Ниязов заявил, что Туркменистан не нуждается в кредитах американского "Ex-Im Bank" по причине "высоких процентных ставок".

К началу апреля 2000 года туркменская сторона никак официально не отреагировала на "окончательное и улучшенное" предложение, а спонсоры проекта продолжали ставить ультиматумы и настаивать на том, что если к 30 апреля 2000 года они не получат от туркменской стороны официального одобрения, то все работы по развитию Проекта будут прерваны. Реакции также не последовало.

02.05.00 глава Туркменистана принял советника департамента торговли США по вопросам международной коммерции и инвестициям Яна Калицки, уполномоченного в администрации Президента США по вопросам развития сотрудничества в энергетике и торговле с государствами СНГ. Во встрече принял участие посол США в Туркменистане Стивен Манн. Состоялся обмен мнениями по ряду аспектов дальнейшего разви​тия проекта Транскаспийского газопровода, вариантов разработки его финансового механизма и привлечения инвестиций. Ян Калицки проинформировал С.Ниязова о предпри​нимаемых госдепартаментом США шагах в этом направлении, подтвердил неизменную позицию американской администрации по всемерной поддержке проекта транспорти​ровки туркменского газа через Каспий на рынок Турции. Из заявления С.Ниязова: "Никто не может отрицать высокую экономическую целесообразность проекта Транскаспийского газопровода для Туркменистана. Этот фактор был и остается решающим в разработке стратегии реализации проекта, и сегодня необходимо скорректировать его дальнейшее развитие с учетом требований национальных интересов Туркменистана. От своих партнеров по ТКГП Туркменистан ждет выполнения ранее достигнутых догово​ренностей и новых конструктивных предложений".

18 сентября 2000 г. в газете "Нейтральный Туркменистан" было опубликовано объяв​ление о ликвидации представительства "PSG" в Ашхабаде и необходимости проведения взаиморасчетов в месячный срок. Управление ТКГП-проектом формально перешло к представительству "Shell". Однако дальнейший ход событий уже не отличался столь повышенной интенсивностью и содержательностью переговоров по ТКГП. Было очевидно, что Туркменистан, официально не отказываясь от идеи ТКГП, был разочарован реальным содержанием сотрудничества с США и транснациональными корпорациями.

К тому времени вновь обострились азербайджано-туркменские противоречия, одним из наглядных штрихов которых может служить прошедшие 27-29 июля 2001г. в Ашхабаде межправительственные туркмено-азербайджанские переговоры по вопросам задолженности Азербайджана за поставленный в 1993-1994 годах туркмен​ский природный газ и расчетов между Центральным банком Туркменистана и Национальным банком Азербайджана. Азербайджанскую делегацию возглавлял первый заместитель премьер-министра республики Аббас Аббасов. Отдельной темой переговоров были спорные месторождения на Каспии. При обсужде​нии проблем использования углеводородных ресурсов этого региона туркмен​ская сторона потребовала от азербайджанской стороны прекратить все работы на спорных месторождениях "Осман" ("Чираг"), "Хазар" ("Азери") и "Алтын Асыр" ("Шарг") и заявила, что будет использовать все ле​гитимные средства для защиты своих интересов, включая международное ар​битражное разбирательство. По словам министра нефтегазовой промышленности и ресурсов К.Назарова, Азербайджан незаконно, вопреки существующей картографической и правовой базе, проводит работы на спорных территориях. Туркменской стороной было подтверждена позиция, заключающаяся в том, что до выработки пра​вового статуса Каспия не основе консенсуса всех пяти прикаспийских стран, стороны не должны предпринимать каких-либо односторонних действий, ущемляющих интересы других прибрежных государств, и готовность к обсуждению всего комплекса каспийских проблем, как в рамках двусторонних консультаций, так и многосторонних согласований. СМИ Туркменистана, освещая данные переговоры, утверждали, что в неофици​альном формате А.Аббасов признал как правомерность предъявляемых требо​ваний по долгам Азербайджана, так и обоснованность требований туркменской стороны по спорным месторождениям, подчеркнув при этом, что месторожде​ние "Сердар" ("Кяпаз"), в частности, вообще не является спорным участком, поскольку од​нозначно принадлежит Туркмении. В то же время азер​байджанские информационные агентства опубликовали интервью с Абба​совым, в котором он высказывает диаметрально противоположные мнения. В этой связи в Ашхабаде посчитали, что "двойственность позиции Азербайджана, лишенная какой-либо логики, носит деструктивный характер и не может способствовать нормальному развитию диалога между двумя странами".

В итоге к осени 2001 года для туркменской стороны стало очевидно, что в течение нескольких лет западные партнеры Туркменистана, попросту, что называется "водили за нос" его высшее политическое руководство, подспудно добиваясь эксклюзивного доступа к богатейшим туркменским месторождениям природного газа, расположенным на суше. В итоге, хоть и с запозданием, но данный не афишируемый замысел был разоблачен. Тем не менее, время на иллюзии было потрачено много и впустую, узел региональных противоречий еще более затянут, двусторонние отношения с Азербайджаном, Ираном и Россией подвергнуты серьезным испытаниям, напрямую повлиявшим на уровень взаимного доверия. Почувствовав себя обманутым, С.Ниязов, вплоть до своей кончины боялся быть обманутым вновь.

В дальнейшем, вплоть до заключения "Соглашения между Россией и Туркменистаном о сотрудничестве в газовой отрасли" от 10.04.2003 на политическом уровне предпринимались неоднократные попытки реанимировать ТКГП-проект. Однако на уровне его практического воплощения каких-либо реальных действий не произошло – с повестки дня данный проект снят не был, но с туркменской стороны былого оптимизма в отношении данного проекта не просматривалось.

На этом, пожалуй, и стоило закончить повествование о "несбывшейся надежде". Так бы и было, если бы вновь проект Транскаспийского газопровода вновь не был эксгумирован в 2011 году. В итоге, мы вновь слышим о том, что "Транскаспийский трубопровод остается важным для дальнейшего развития "Южного газового коридора"", "Ашхабад готов поставлять в ЕС по 30 млрд. кубометров газа ежегодно" … и прочее. В сентябре 2011 года автору уже доводилось выступать по этому поводу (http://www.regnum.ru/news/1446580.html ) . Не хочется повторяться, но все же зададимся вопросом - насколько сильно изменилась ситуация сегодняшнего дня по сравнению с 2000 годом через призму перспектив реализации ТКГП? На наш взгляд, изменения значительные, но ….. не в пользу данного проекта. Фактически, все изменения перечислить и разобрать каждое можно, но не имеет смысла в рамках одной статьи. Тем не менее, обратим внимание на некоторые нюансы. Например, рассмотрим желание Туркменистана экспортировать через Транскаспийский газопровод 30 млрд. м3 ежегодно. Как было сказано выше, данное желание, было, есть и будет постоянным – фактически это единственная константа в данном проекте!

В 1999 году Туркменистан планировал поставлять 16 млрд. м3 ежегодно в Турцию, и еще 14 млрд. м3 транзитом через Турцию в Европу. Как было сказано выше, 28 января 1999 года турецкая компания "BOTAŞ" провела презентацию материалов, отражающих перспективность рынка этой страны для туркменского газа. По представленным данным внутреннее потребление природного газа в Турции к 2020 году должно вырасти до 85 млрд. куб. м. в год, а к 2010 году превысить 50 млрд. куб. м. По факту: в 2010 году Турция потребила около 39 млрд. м3 природного газа. При этом по действующим (!) на 2010 год газопроводам, по действующим (!) контрактам в Турцию были готовы поставить:

Россия (по Балканскому газопроводу и "Голубому потоку") – 30 млрд. м3 ;

Иран – 10 млрд. м3;

- Азербайджан – 6,6 млрд. м3 ; (в 2010 году реально поставил 4,5 млрд. м3);

- Алжир и Нигерия (сжиженный газ в эквиваленте) – 16 млрд. м3.

То есть к 2010 году Турция "перезаконтравалась" более чем в 2 раза! Было ли в 2010 году место на турецком рынке для 16 млрд. м3 туркменского газа? Безусловно, было – судя по вышеупомянутому соглашению о купле-продаже, подписанному 21 мая 1999 года в Ашхабаде. Реально смог бы Азербайджан в 2010 году продать в Турцию свои фактические 4,5 млрд. м3? Возможно, смог бы, но через конфликт интересов. Так вот нужен ли был Азербайджану в 2010 году действующий ТКГП? Думаем, что нет. Понимал ли Азербайджан в 1999 году, что ему и в 2010 году не нужен будет действующий ТКГП? Думаем, что понимал. Понимал ли в 1998 году С.Ниязов, что его "водят за нос"? Автор уверен, что туркменский президент понял это окончательно осенью 1999 года.

Вернемся к сегодняшнему дню. Сегодняшний нижний прогноз внутреннего потребления газа на турецком рынке на 2020 год – 45 млрд. м3 , при этом – до 2020 года законтрактовано 58 млрд. м3. Верхний – не более 60 млрд. м3 (даже с учетом бурного развития, и электроэнергетики (51% потребления природного газа на 2011 год), и бурного расцвета коммунально-бытового сектора (34% - соответственно). К этому еще нужно прибавить, что Азербайджан в рамках второй стадии разработки Шах Дениза будет поставлять на внутренний рынок Турции 6 млрд. м3, а 10 млрд. м3 экспортировать через Турцию в Европу. При этом сегодня суммарная мощность импортной газовой инфраструктуры, "подведенной" к Турции на данный момент составляет 62 млрд. м3. К 2020 году, в том числе, за счет расширения Южнокавказского газопровода – превысит 72 млрд. м3. Есть ли место в данной пропускной способности для туркменского газа? Возможно, есть. Но на каких условиях? Нужен ли Азербайджану к 2020 году отдельный "туркменский" газопровод, участок которого пройдет через территорию Азербайджана? Сомневаюсь. И повторюсь (см. тот же материал http://www.regnum.ru/news/1446580.html ): 14 ноября 2007 года на заседании правительства Азербайджана президент Ильхам Алиев говорил: "Если наши партнеры захотят поставлять свои энергоресурсы с востока Каспийского моря в западном направлении через нашу территорию, то мы, конечно же, можем рассмотреть это на основе согласованных условий, и вопрос может быть решен. Однако мы не являемся и не будем инициаторами этого дела". Таким образом, Азербайджан в отношении Транскаспийского газопровода проявляет гораздо меньше энтузиазма, его строительство для республики особой выгоды не представляет. Кроме такого, следует учесть мнение, ранее высказанное одним из азербайджанских экспертов: "Транзитные платежи для нас не столь значимы. Мы отдаем себе отчет и в том, что туркменский газ на рынке Турции лишь усилит конкуренцию с азербайджанским газом. Издержки же в виде обострения отношений с Москвой и Тегераном из-за Транскаспийского трубопровода нам вовсе не нужны".

На самом деле на тему "судьбы" Транскаспия можно писать долго. Можно углубиться в структуру топливно-энергетического баланса Турции и ….. посеять "надежду" - в данном балансе газ занимает всего лишь 32%, а уголь – целых 31% (а газ более экологически чистый энергоноситель), подискутировать на тему перспектив строительства трех АЭС – угольный или газовый сегмент энергобаланса они подомнут (угольный сомнет, а газовый будет расти)? Можно придумать еще много разных тем для дискуссии, в том числе о том, что Турция законодательно продолжит путь "снижения доли в импорте газа страны, из которой поставляется наибольшие объемы газа". Во всех этих былях (а автор знает, что это не сказки) есть место для туркменской надежды. Более того, существующие pr-технологии уже в этом году продолжат конструировать "очередную Перспективу". Но при этом надо понимать, что Турция, осознанно максимально используя свое благоприятное географическое положение, весьма преуспела в том, чтобы стать страной-транзитером российского, иранского, иракского, азербайджанского и в перспективе – туркменского газа на его пути в Европу. Но на выгодных, прежде всего для себя, условиях, и для этого Турция сознательно (на сегодня это уже очевидно) завышает "перспективные" уровни внутреннего потребления, а также – сознательно "перезаконтрактовывается" в целях создания переизбытка предложения на внутреннем рынке. Затем добивается от поставщика права на реэкспорт, фактически становясь ведущим "перепродавцом" импортного газа на юге Европы. И, если рассуждать таким образом, то в данной "схеме" - место для туркменского газа, безусловно, есть. И, если Туркменистан, благодаря политической "помощи" извне, перешагнет через "частное" мнение Ирана и России по поводу Транскаспия, начнет "класть" трубу по дну моря, договорится с Азербайджаном, Грузией, то достигнет "берег турецкий. Но, уж точно не с объемом собственного газа в размере 30 или даже 16 млрд. м3. А оно того стоит?
  • Дата публикации: 03.04.2013
  • 1223

Чтобы оставить комментарий или выставить рейтинг, нужно Войти или Зарегистрироваться