Как ближневосточные события повлияют на мировую экономику?

Как ближневосточные события повлияют на мировую экономику?

Волна протеста, прокатившаяся по арабским странам, пока что существенно не повлияла на мировую экономику. С момента выступлений в Египте в середине января индекс 500 крупнейших компаний S&P 500 вырос на 4%. Цены на нефть поднялись было выше 90 долларов за баррель, однако с тех пор откатились на отметку в 85 долларов к середине февраля (в настоящий момент Brent и Light Sweet торгуются в районе 115 и 100 долларов за баррель соответственно. — ред.). Инвесторы во всем мире смотрят эти новости, но, кажется, с выключенным звуком.
 
Нестабильность на Ближнем Востоке ни для кого не в новинку. Волнения в Египте, Алжире, Бахрейне, Иране, Ливии, Алжире и Йемене оказали негативное влияние на экономики этих стран, только вряд ли этот негатив может распространиться повсеместно.
 
Совокупный ВВП более 20 государств Ближневосточного и Северо-Африканского региона составляет лишь около 2,5 трлн долларов. Это всего одна пятая экономики США и примерно 3% от мирового валового продукта.
 
Другое дело — нефть. Именно она может быстро распространить беспорядки на Ближнем Востоке на другие страны. На этот регион приходятся 30% нефтеперерабатывающих производств и еще больше подтвержденных месторождений. И даже незначительные изменения в поставках топлива могут нанести значительный урон экономикам, испытывающим потребность в топливе, — американской, европейской и азиатской. Исследования компании Roubini Global Economics показали, что трем из пяти последних глобальных рецессий предшествовали потрясения на Ближнем Востоке, вследствие которых дорожала и нефть. Экономист Нуриэль Рубини в одном из своих последних докладов написал: «Даже локальные политические беспорядки, которые не задевают напрямую нефтяные производства, все равно могут способствовать росту топливных цен». До сих пор смены режимов в Тунисе и Египте никак не повлияли на нефтяной рынок. Но если подобное случится в Ливии, Алжире, Иране, Саудовской Аравии и прочих странах — крупных топливных поставщиках, то это в корне изменить ситуацию.
 
На сегодня свержение нефтяных монархий в странах Персидского залива маловероятно, поскольку население богатых нефтью государств находится в изоляции за счет собственного же благосостояния. Если в Саудовской Аравии или в Кувейте возникнут волнения, то их правительства попросту купят молчание масс. Кроме того, и уровень жизни в таких странах гораздо выше, чем в развивающихся Египте или Йемене, где причиной демонстраций стали бедность и безработица населения. Но нет никаких гарантий, что методы, работавшие в прошлом, сработают и в будущем. Например, король Бахрейна не так давно попытался успокоить протестантов, предложив каждой семье по 2,5 тыс. долларов наличными, однако это лишь разозлило их. «Их не устраивают просто деньги. Что-то другое носится в воздухе», — говорит Мосин Хан, старший сотрудник Института международной экономики имени Петерсона.
 
Наихудший сценарий развития событий — военные перевороты в крупных нефтяных державах, таких как Саудовская Аравия, по образцу иранской революции 1979 года. Но даже и меньшие потрясения способны взвинтить топливные цены и подорвать начавшееся было в многих странах посткризисное экономическое восстановление. К примеру, Ливия и Алжир контролируют около 4,5% мировой нефтяной продукции, и в обеих этих странах правительства вынуждены подавлять демократические выступления. Если там свершатся революции, то это вовсе не значит, что нефтяное производство остановится, но саботаж и забастовки могут сократить объемы нефтедобычи, а это означает рост цен. Еще один очевидный пример — Иран, где сосредоточено около 4,8% мирового производства нефти. Тамошний теократический режим, долгое время державший демократические движения в узде, в последнее время ослабил свои позиции.
 
Понятно, что если смена политических режимов в одной-двух ближневосточных странах урежет объемы нефтедобычи, то их соседи — в основном Саудовская Аравия — начнут качать больше, чтобы компенсировать потери. По подсчетам Рубини, Саудовская Аравия располагает избыточными мощностями более 4 млн баррелей ежедневно, что примерно равно иранским объемам производства нефтперодуктов в целом, и это может нанести серьезный вред всей системе. Но нестабильные топливные рынки не принимают эти запасы во внимание, и внешние факторы для них существеннее, чем фундаментальные.
 
Пример тому — рост цен на нефть с 95 долларов за баррель до 145 долларов за шестимесячный срок в 2008 году. Причины этого явления до сих пор не полностью понятны, однако очевидно, что трейдеры попросту накручивали цены, поскольку предчувствовали их дальнейший рост. Ценовой пузырь надувался, пока не лопнул к концу 2008-го, когда нефтяные цены рухнули на 70%. С одной стороны, это говорит о том, что топливные цены вернулись на уровень, соответствующий тенденциям реальной экономики. С другой же стороны, это отчетливо продемонстрировало, насколько психологические факторы и компьютеризированная торговля могут воздействовать на рынок таких волатильных товаров, как нефть. «Увидев ценовые изменения, люди склонны поддаваться этому импульсу и пытаться зафиксировать будущие цены. В результате они растут все выше и выше — и рынок сильно перегревается», — поясняет Хан.
 
Если даже в 2008-м, когда на Ближнем Востоке было поспокойнее, а мировая экономика была на пути к рецессии, нефтяные цены подпрыгнули на 50%, то в условиях нестабильности в этом регионе возникновение рыночного пузыря тем более весьма вероятно. И, несмотря на то что в последние годы ученые-экономисты пытаются предугадать любые возможные варианты развития событий, все равно не исключены неожиданности, способные стать неприятным сюрпризом. Шоковым фактором могут стать не вызовы, направленные на саудовские монархии или иранских аятолл, а совершенно иные события, о которых сейчас можно только догадываться. По словам Хана, признаком неблагополучия, помимо саботажа и забастовок работников нефтеперерабатывающих предприятий, может стать депортация иностранных инженеров и техников с заводов в Персидском заливе.
 
Мировая экономика способна выдержать 10-15-процентный рост нефтяных цен, но превышение этого показателя будет угрожать восстановлению экономики. Как утверждает Рубини, если цены вырастут до 100 долларов и продержатся на этом уровне некоторое время, это приведет к глобальному сокращению ВВП и объема потребления и, как следствие, к повторной рецессии в некоторых странах. Если в дело вмешаются политические факторы, то последствия еще более резко скажутся на положении дел. «Речь даже не о постоянных потерях. Даже временные потери на протяжении года уже довольно существенно могут повысить цены и сильно повлиять на мировую экономику», — разъясняет Хан.
 
Большинство экономистов не видят, что происходит. Рубини предсказывает, что цены на нефть в 2011 году останутся в районе отметки 90 долларов за баррель, аналитическая компания IHS Global Insight прогнозирует 91 доллар. Саудовская Аравия недавно предложила увеличить нефтедобычу для поддержания цен на уровне 80 долларов. Но все эти благоприятные прогнозы могут еще сильнее подтолкнуть нефтяные цены к росту, если случится что-либо непредвиденное. Пора бы прибавить звук.

  • Дата публикации: 24.02.2011
  • 286

Чтобы оставить комментарий или выставить рейтинг, нужно Войти или Зарегистрироваться