Тлеет там, где нефть: 10 конфликтов, требующих внимания в 2013 году

Каждый год в нашем мире возобновляются старые конфликты, разгораются новые, а в некоторых местах ситуация улучшается. Вот и 2013 год, и штормовых туч там предостаточно. Горячие точки, как старые, так и новые, будут создавать проблемы для людей по всему миру, - пишет американский журнал Foreign Policy.

Безусловно, в любом списке есть элемент произвольности, и список кризисов, за которыми надо наблюдать в 2013 году, ничем в этом плане не отличается. Приоритеты одного человека другому могут показаться чем-то второстепенным, а сигналы раннего предупреждения одного аналитика другому могут показаться паранойей. В некоторых ситуациях, в Центральной Азии, например, превентивные действия по-настоящему важны, поскольку сползания в хаос там пока не произошло. Сложнее предугадать, когда это произойдет, что станет причиной и поводом, и насколько серьезной окажется ситуация. В других местах, скажем, в Сирии, катастрофа уже началась, так что все разговоры о предотвращении там кризиса кажутся абсурдом. Это бессмысленно, разве что речь будет идти о недопущении эскалации и расширения этого кошмара.

Далее следует список из 10 главных кризисов в мире, куда не вошло продолжающееся насилие в Мексике, связанное с наркотиками, тлеющая напряженность в Восточно-Китайском море, а также возможный конфликт на Корейском полуострове после ракетного пуска, произведенного Пхеньяном. А если эта смесь окажется недостаточно взрывоопасной, в запасе есть новые руководители из Китая, Японии и с обеих сторон демилитаризованной зоны в Корее, которые вполне могут посчитать необходимым подкрепить свои националистические заявления агрессивными действиями. Я также не упоминаю предстоящие выборы в Зимбабве, продолжающуюся трагедию в Сомали, а также разговоры о войне в ответ на иранскую ядерную программу. Все это с полным основанием можно было включить в список первой десятки.

Сосредоточившись на отдельных странах, труднее выявить все те подводные течения и противоречия, что возникают в многочисленных кризисах, с которыми мы можем столкнуться в будущем году. Поэтому, прежде чем мы пойдем по списку, вот четыре кратких примера проблем, не ограничивающихся национальными границами.

Выборы, как нам известно, накладывают огромную нагрузку на хрупкие системы государственного устройства. Это всеобщее и долгосрочное благо может порождать конкретное и кратковременное зло. На президентских выборах в Демократической Республике Конго в 2011 году справиться с этим злом не удалось, и сегодняшнее насилие в восточных провинциях ДРК как минимум отчасти приводится в действие несостоятельностью государственной власти, которая по прошествии выборов еще больше усилилась. Внимание в будущем году будет приковано к Кении и Зимбабве, поскольку нам предстоит узнать, как они справятся со своими приближающимися выборами, и как на это отреагирует регион и весь мир.

Аналогичное противоречие лежит между двумя долгосрочными преимуществами справедливости, такими как подотчетность и решение накапливающихся проблем, и действительностью, зачастую создающей непосредственную опасность. Йемен, Судан, Сирия, Ливия, Кения, Колумбия – во всех этих странах дебаты на тему «справедливость или мир» нуждаются в новом осмыслении.

Роль санкций в предотвращении конфликтов зачастую напоминает диалог глухих. Способствовали ли санкции переменам в Мьянме (которая также известна под названием Бирма), или ими просто наказали народ этой страны, а не правителей? Не создали ли они проблемы в Зимбабве вместо того, чтобы стать двигателем перемен? И самое важное, как санкции помогут ослабить иранский ядерный кризис, если они подают Тегерану сигнал о том, что их цель не изменить поведение режима, а сменить сам режим? Может, мировому сообществу не следует поддаваться искушению и вводить санкции автоматически и по умолчанию в качестве ответа на любую возникающую ситуацию? Санкции могут быть эффективными, только когда они являются составной частью общей и последовательной стратегии, а не ее заменой.

И наконец, два слова о власти закона. Слишком часто мы видим, как эта потрепанная фраза используется в смысле «власть в законе». То есть, правители-диктаторы задействуют язык и атрибуты демократии, и используют закон для преследования, но не для защиты. Поэтому мировое сообщество имеет обыкновение обучать и укреплять правоохранительные органы, которые, по мнению гражданского населения, призваны защищать его, и не должны учиться более действенным методам репрессий. Мировому сообществу надо проявлять больше бдительности, следя за этой шарадой, и уделять больше внимания сути правопорядка. И в первую очередь, понятию равенства перед законом, а не просто его форме.

Законы войны также нуждаются в доработке и приведении в соответствие с меняющимся характером современной войны. Понятие ассиметричных военных действий и лексикон «войны с террором» подвергают сомнению важнейшее различие между «комбатантами» и «гражданскими лицами». Да и технологии порождают все новые дилеммы. Несмотря на утверждения о хирургической точности, удары беспилотников приводят к потерям среди гражданского населения, которые трудно измерить, и при этом одна из сторон вообще не имеет боевых потерь. В некоторых случаях беспилотные летательные аппараты приносят больше вреда, чем пользы: они терроризируют население тех районов, по которым наносятся удары, и причиняют ему глубокие травмы, из-за чего может усиливаться поддержка радикальным группировкам.

Передать все это простым перечислением довольно сложно. И тем не менее, вот список Международной кризисной группы (International Crisis Group), в котором представлены 10 главных глобальных угроз на предстоящий год. Никаких приоритетов и последовательностей в нем нет; мы просто включили в него смесь из очевидных рисков и тех опасностей, которые, на наш взгляд, пока тихо бурлят, не вырываясь на поверхность. А поскольку в душе мы оптимисты, в конце мы добавили три страны, где последние события говорят о том, что предстоящий год может принести им мир, а не мучения. Чего мы, конечно же, желаем всем.

Судан

Естественно, «суданская проблема» с отделением Юга в 2011 году никуда не делась. Гражданская война, подстегиваемая концентрацией власти и богатства в руках немногочисленной элиты, продолжает досаждать этой стране, угрожая дальнейшим ее распадом. Противоречия в рядах правящей партии Национальный конгресс, рост народного недовольства и устойчивое ухудшение положения в экономике также способствуют тому, что страна эта сходит с рельс.

Как это ни печально, 10 лет назад ситуация была очень похожей, но тогда Хартум воевал с Суданским народно-освободительным движением (СНОД), представлявшим весь юг страны, а сейчас государственная казна пустеет из-за продолжающейся борьбы против Суданского революционного фронта, ставшего объединением крупных группировок повстанцев из штатов Дарфур, Южный Кордофан и Голубой Нил. Жертвами, как обычно, становятся гражданские лица, оказавшиеся меж двух огней. Действуя точно так же, как и на Юге, правительство использует в качестве инструмента для торга гуманитарную помощь, по сути дела, превращая массовый голод населения в элемент своей военной стратегии.

Единственное прочное и долгосрочное решение проблемы может быть только всесторонним и комплексным; к нему должны быть привлечены все стороны конфликта. Их нужно собрать вместе, чтобы решить, как применять власть в этой обширной и разнообразной стране. В долгосрочной перспективе сохранение статус-кво неприемлемо для всех вовлеченных сторон – ведь это непрекращающаяся война, миллионы беженцев, миллиарды, потраченные на помощь. Проблему надо решать раз и навсегда; партии Национальный конгресс и международным игрокам придется приложить гораздо больше усилий, чем в прошлом. При этом правящая партия Судана должна предложить подлинный и всеохватывающий диалог с участием всех сторон, а международное сообщество – экономические и политические стимулы.

Турция / Курдская рабочая партия

Холодная погода в горах этой осенью и зимой замедлили ход боевых действий воюющего на протяжении многих десятилетий повстанческого движения, называющего себя Курдской рабочей партией, однако предзнаменования на весну 2013 года выглядят угрожающе. С момента возобновления нападений Курдской рабочей партии уже погибло 870 человек, и силы безопасности Турции в середине 2011 года возобновили свои контртеррористические операции. Это самые крупные потери в данном конфликте с 1990-х годов.

Политическая напряженность в Турции также нарастает, поскольку действующая легально курдская Партия мира и демократии все чаще становится на сторону Курдской рабочей партии. Премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган пригрозил лишить депутатов парламента от этой партии иммунитета от судебного преследования, а государство с 2009 года арестовало несколько тысяч курдских активистов, обвинив их в терроризме, хотя многим из них никакие обвинения в насильственных действиях не предъявлены. Турецкое правительство также прекратило секретные переговоры, которые оно вело с Курдской рабочей партией с 2005 по 2011 год, и отказалось от большинства «демократических инициатив», дававших надежду на укрепление равенства и справедливости для 12-15 миллионов турецких курдов, составляющих 20% населения страны.

Государство еще может привлечь на свою сторону большую часть турецких курдов, если объявит о проведении всесторонних реформ. Среди них должны быть инициативы об обучении на родном языке, изменения в законе о выборах с целью снижения избирательных барьеров и уменьшения препятствий для финансирования, децентрализация 81 турецкой провинции, а также отказ от любой дискриминации, закрепленный в конституции страны и в ее законах. Правительство также должно выработать меры по прекращению огня, призывая повстанцев прекратить нападения, отказаться от крупномасштабных военных операций, в том числе, от авиационных ударов, и противостоять требованиям об усилении мер вооруженного возмездия.

Однако вероятность кардинального разворота на 180 градусов невелика. Похоже, Эрдоган хочет одержать победу на президентских выборах в Турции в 2014 году, и для этого он уже начал весьма решительно солидаризироваться с правыми и националистически настроенными избирателями. В рядах Курдской рабочей партии все больший вес набирают воинственные фракции, воодушевленные успехами своих союзников в Сирии. Скорее всего, в 2013 году они продолжать свои попытки удерживать районы на юго-востоке страны и осуществлять нападения на символы турецкого государства.

Афганистан

Афганское правительство, пораженное фракционной борьбой и коррупцией, совершенно не готово взять на себя ответственность за поддержание безопасности в стране после вывода в 2014 году американских и натовских войск. Отношения Кабула с Вашингтоном в 2012 году продолжали ухудшаться, особенно в феврале, когда было убито большое количество людей после сообщений о том, что американские военнослужащие сожгли десятки Коранов и прочих материалов религиозного содержания, и в марте, когда американский солдат Роберт Бейлс (Robert Bales) расстрелял в южной провинции Кандагар 17 сельских жителей, в том числе, 9 детей. Волна нападений со стороны афганских военнослужащих и полицейских привела к усилению недоверия между военачальниками Афганистана и США, а инциденты со стрельбой по своим подрывают моральный дух военнослужащих из Афганских национальных сил безопасности.

Предстоящие политические изменения в Кабуле, пожалуй, еще важнее для будущего этой страны и окружающего региона. Хотя президент Хамид Карзай просигнализировал о намерении благородно покинуть свой пост, когда в 2014 году закончится его срок, остаются опасения, что он попытается напрямую или опосредованно сохранить свое влияние на расстановку сил после выборов. Заслуживающие доверия выборы в Афганистане, чего эта страна пока не видела, способны помочь в формировании некоего общенационального консенсуса и повысить доверие народа к правительству и его способностям.

Лучшая гарантия афганской стабильности это обеспечение верховенства закона в переходный военно-политический период в 2013 и 2014 году. Если руководству не удастся этого добиться, предстоящий решающий период закончится глубокими разногласиями и конфликтами в рядах правящей элиты, чем не преминет воспользоваться партизанское движение под руководством талибов. В худшем случае результатом может стать раскол сил безопасности и начало длительного и напряженного внутреннего конфликта. Некоторые возможности для достижения подлинного прогресса остаются – и нам надо надеяться на это – однако временные рамки для начала активных действий постоянно сужаются.

Пакистан

Атаки с применением беспилотников в 2012 году продолжали создавать напряженность в отношениях между США и Пакистаном, хотя в начале июля эта страна вновь открыла пути снабжения натовских войск после того, как Соединенные Штаты принесли извинения за приведшее к гибели людей нападение на пакистанских солдат в ноябре 2011 года. Налицо также определенный политический прогресс между Пакистаном и Афганистаном. Две страны в декабре совместно обратились к талибам и прочим партизанским группировкам с предложением разоружиться и начать переговоры о мире.

В 2013 году в Пакистане должны состояться выборы, и поэтому пакистанскому правительству и оппозиции необходимо в срочном порядке осуществить ключевые реформы в избирательной комиссии, чтобы закрепить переход к демократии. Правящая Пакистанская народная партия и ее главный соперник из парламентской оппозициии Мусульманская лига Наваза Шарифа (Nawaz Sharif) должны отложить в сторону политические разногласия и сосредоточить усилия на том, чтобы назойливые военные не подрывали демократическую жизнь. Все чаще вмешивающейся в дела страны судебной власти, как будто зациклившейся на своем стремлении к дестабилизации политического порядка, также нельзя позволять ослаблять шансы Пакистана на первую мирную передачу власти посредством честных выборов от одного избранного правительства другому.

Гуманитарный кризис в Пакистане также требует безотлагательного внимания властей страны и мирового сообщества. Разрушительные наводнения, происходящие в стране три года подряд, угрожают жизни миллионов людей, а сотни тысяч жителей были вынуждены покинуть свои места проживания из-за боевых действий и военных операций. Эти идущие рука об руку кризисы дали радикальным исламистским группировкам Пакистана удобную возможность для вербовки сторонников и усилили потенциал конфликтов. После начала демократического перехода в Пакистане в 2008 году были достигнуты определенные успехи, однако в 2013-м предстоит сделать гораздо больше для налаживания федеральной и провинциальных систем реагирования на чрезвычайные ситуации и ликвидации последствий.

Сахель: Мали, Нигерия и далее

В 2012 году нестабильность в странах Африки южнее Сахары серьезно усилилась по целому ряду направлений, и попытки сдержать эту тенденцию будут занимать важное место в деятельности многих стран в 2013 году. Возглавляет список региональных проблем Мали, где в марте произошел военный переворот, приведший к свержению правительства, а сепаратисты и связанные с «Аль-Каидой» фундаменталисты захватили север страны.

В предстоящем году придется проводить крайне необходимую международную интервенцию в Мали, и что еще важнее, начинать политический процесс воссоединения страны. Что касается интервенции, то Экономическое сообщество западноафриканских государств ЭКОВАС и Африканский Союз уже утвердили миссию численностью 3300 военнослужащих, которая поможет этому государству вырвать контроль над северной частью страны из рук боевиков-исламистов. Теперь свое официальное разрешение на такие действия должен дать Совет Безопасности ООН.

Из-за страха перед бесконечной интервенцией очень многие проявляют нежелание направлять международные силы в обширную пустыню на север Мали. Однако опасность от безздействия не менее серьезна. Чтобы разместить в стране войска, понадобится какое-то время. Точно так же немало времени понадобится и на то, чтобы отдельная миссия ЕС провела крайне необходимую перестройку и обучение малийских воинских формирований.

Что касается политической стороны проблемы, необходимо сделать так, чтобы процесс воссоединения страны включал все силы. Некоторые из групировок, контролирующих север страны, необходимо исключить, ибо они террористы и не заинтересованы в участии в переговорах. Другие могут проявить больше готовности к достижению договоренностей. Однако многое будет зависеть от политического и военного руководства Мали, которое до сих пор нетвердо держится на ногах после того, как военные в декабре вынудили уйти в отставку исполняющего обязанности премьер-министра. Новый премьер, предположительно пользующийся большим дооверием, может наладить национальный диалог, нацеленный на создание дорожной карты по урегулированию политического кризиса в Мали и по подготовке выборов в 2013 году. Но поскольку руководители военного переворота проявляют тревожную склонность к вмешательству в гражданскую политическую жизнь, будущее этой страны остается неопределенным.

В регионе Сахель также имеет место другой тревожный конфликт, развернувшийся в северной Нигерии. Там радикальная исламистская группировка «Боко харам» в последние годы уничтожила тысячи человек. Правительство в ответ неубедительно и сбивчиво говорит о возможных переговорах, и в то же время проводит жестокие действия по обеспечению безопасности, действуя порой без разбора. А это ведет к расширеннию насилия и к приходу все новых новобранцев в ряды экстремистов. Без согласованных и упорных действий, а также без решительных изменений в государственной политике в 2013 году в северной части Нигерии можно будет ждать нового кровопролития.

Демократическая Республика Конго

В апреле 2012 года на востоке произошел мятеж повстанцев из группировки М23 – вернее, бывших повстанцев, которые стали военными, а потом снова превратились в повстанцев. Это создало отчетливое ощущение дежа вю. После долгих лет конфликта региональные и международные актеры вынуждены опять сдерживать силы мятежных повстанцев, которые вроде бы выдвигают требования внутреннего характера, но явно пользуются внешней поддержкой. Идет борьба за предотвращение очередной региональной войны в ДРК. Последствия новой волны насилия оказались трагическими для мирного населения, поскольку все чаще появляются сообщения о широкомасштабных нарушениях прав человека, о казнях без суда и следствия в гражданском обществе, а также о массовом бегстве местного населения.

Благодаря посредническим усилиям Международной конференции региона Великих озер, боевики М23 ушли из восточного города Гома, и были начаты мирные переговоры. Однако опасность повторения мятежа и масштабного насилия сохраняется. Предыдущие попытки реконструкции после конфликта в ДРК не увенчались особым успехом. Без должного давления на правительство ДРК и на поддерживаемых Руандой мятежников с целью проведения жизненно важных реформ государственного управления и налаживания открытого политического диалога печальная история гражданского конфликта в Конго, скорее всего, продолжится и в 2013 году.

Гнетущая ситуация в Конго должна заставить международное сообщество критически взглянуть на собственное поведение. Прошло десять лет с тех пор, как оно взяло на себя обширные обязательства по укреплению стабильности в ДРК, по приданию легитимности правительству в Киншасе и по защите гражданского населения на востоке. Но ситуация в этой стране меняется только в худшую сторону. Правительство президента Джозефа Кабилы не пользуется национальным признанием, граждане восточных провинций Киву не защищены, несмотря на присутствие там крупнейших миротворческих сил ООН, а целостность страны находится под угрозой по прихоти соседей с их хищническими настроениями.

Кения

Несмотря на реформы по преодолению недостатков и последствий насилия, которое имело место на выборах 2007 года в Кении, структурные причины для продолжения конфликта в стране сохраняются. Безработица среди молодежи, бедность и неравенство очень сильны, реформы в области безопасности заторможены, а споры из-за земли продолжают усиливать межэтническую поляризацию. Запланированные на март 2013 года выборы приближаются, а риск политического насилия чрезвычайно велик.

Два главных претендента на президентский пост Ухуру Кеньятта (Uhuru Kenyatta) и Уильям Руто (William Ruto) обвиняются в совершении преступлений против человечности, и в апреле 2013 года они должны предстать перед Международным судом. Это порождает надежду на то, что в стране, наконец, предприняты серьезные попытки по ликвидации многолетней безнаказанности политической элиты. Но эти уголовные дела могут столь же легко погасить надежду на подотчетность власти, если они усилят этническую напряженность или запятнают политических оппонентов, вызвав новый цикл насилия.

То, что в Кении президентом или вице-президентом будет подсудимый, создаст серьезнейшие последствия как для ее международных отношений, так и для внутренних реформ. Выборы 2013 года, скорее всего, будут проходить на фоне угроз нападения со стороны базирующейся в Сомали группировки боевиков «Аш-Шабаб» и протестов сепаратистов из Республиканского совета Момбасы. И то, и другое может спровоцировать ответную реакцию, направленную против многочисленной общины сомалийцев и мусульман, проживающих в Кении. А это грозит дальнейшей дестабилизацией страны, которую ждет и без того непростой год.

Сирия и Ливан

Конфликт в Сирии продолжается, принимая отвратительные формы, и такая ситуация наверняка сохранится. Режим доказал, что свергнуть его будет трудно, а ликвидировать его врагов оказалось еще труднее. Хотя представители этого региона и других стран ведут разговоры о предстоящем падении режима, первоначальный этап после ухода Асада будет чрезвычайно опасен, причем не только для сирийского народа, но и для Ближнего Востока в целом. Даже пережить зиму будет трудно, потому что многие сирийцы оказались в числе перемещенных лиц, бежав от насилия, целые кварталы стерты с лица земли, государственные институты все больше разрушаются, а международной помощи явно не хватает.

Действия президента Башара аль-Асада в отношении тех, кто выступает против его власти, разрывают сирийское общество на части. В ответ происходит постепенная радикализация оппозиции, а это еще больше загоняет ситуацию в порочный круг насилия, в котором обе стороны все чаще полагаются на военную силу, отказываясь от политических решений. В религиозных и политических общинах Сирии происходит все большая поляризация, а сторонники режима упорно сопротивляются, действуя все более жестоко, по принципу «убивай, или убьют тебя», поскольку опасаются крупномасштабных акций возмездия в случае падения режима Асада.

Сжигающее Сирию насилие создает благоприятные условия для укрепления позиций бескомпромиссных исламистов-суннитов, которым удалось сплотить вокруг себя тех, кто разочаровался в Западе. Не в последнюю очередь такое усиление происходит благодаря финансированию, которое они получают из стран Персидского залива, и военной помощи и знаниям джихадистов из разных стран. Чтобы изменить эту пагубную тенденцию, оппозиции необходимо изложить более убедительную и менее нигилистическую концепцию будущего Сирии. А членам мирового сообщества нужно координировать свои действия, переводя борьбу в Сирии из плоскости губительных военных действий в плоскость политического урегулирования.

Сирийский конфликт неизбежно переходит через границы страны, перетекая в Ливан, особенно в связи с тем, что он обретает черты межконфессиональной войны. Опыт истории не сулит ничего хорошего, ведь Бейрут почти всегда находился под влиянием Дамаска. В этих условиях исключительно важно, чтобы ливанские руководители обратились к устранению основополагающих недостатков в структуре их государственного управления, которая способствует усилению фракционной борьбы и делает страну незащищенной от хаоса по соседству.

Центральная Азия

Этот регион готов предоставить целый список стран, оказавшихся на грани. Таджикистан перемещается в 2013 год, не показав ничего хорошего в году уходящем. Отношения с Узбекистаном по-прежнему ухудшаются, а внутренние споры грозят усилением сепаратистских амбиций в Горном Бадахшане. Эта удаленная от центра и находящаяся в горах восточная провинция не любит центральное правительство в Душанбе, и такая неприязнь к нему существовала еще до того, как правительственные войска начали борьбу с местными боевиками, многие из которых являются ветеранами гражданской войны в Таджикистане. Душанбе называет этих боевиков членами организованной преступности. Некоторые из них, в том числе, один полевой командир, служили в таджикских пограничных войсках. Среди боевиков есть и жители Хорога, которых когда-то называли обманутой антиправительственной пропагандой молодежью. (Этот район давно уже с большим недоверием относится к центральному правительству.)

В Киргизии ситуация не лучше. Она по-прежнему не обращает внимания на разрастающуюся межэтническую напряженность и проблемы с правопорядком на юге, а администрация президента так и не может утвердить долгожданную политику в вопросах межнациональных отношений. Власть центрального правительства в Ошской области постепенно слабеет, а мировое сообщество снова не проявляет особого интереса к первым сигналам тревоги.

А в Узбекистане нормой остаются широко распространенные и систематические нарушения прав человека. Ситуацию усугубляет отсутствие политической преемственности, поскольку непонятно, кто придет к власти после ухода со сцены 74-летнего президента Ислама Каримова. Это готовый рецепт новых беспорядков в регионе. Но пока Соединенные Штаты не выведут свои последние подразделения и технику из Афганистана, этот вопрос вряд ли серьезно заинтересует Вашингтон.

Если возникшие тенденции сохранятся, насилие ждет в наступающем году и Казахстан. В 2012 году в западной и южной частях страны было совершено рекордное количество терактов неизвестными ранее группами джихадистов. Попытки Астаны предстать в образе непоколебимого корабля в региональном море непредсказуемости обречены на провал в связи с тем, что в этой стране протестующих убивают, а активистов бросают за решетку. Социально-экономические невзгоды также могут навредить Казахстану.

Ирак

По мере сползания Сирии в хаос все острее затачиваются ножи и активнее строятся боевые порядки в Ираке. Правительство шиитов во главе с Нури аль-Малики решило встать на сторону Ирана, России и Китая в попытке предотвратить перекройку региона суннитскими странами Персидского залива, Турцией и США.

Малики неоднократно ссорился с другими религиозными и этническими группами Ирака, усиливая свой контроль над политическими институтами власти и над силами безопасности. Своими действиями он нарушил Эрбильское соглашение от 2010 года, которое предусматривает ограничение полномочий премьер-министра и равномерное распределение власти между шиитскими, суннитскими и курдскими партиями.

Сейчас Малики встречает сопротивление не только со стороны главы курдского региона Масуда Барзани (Masoud Barzani), но и со стороны своих суннитских и нерелигиозных оппонентов. С ним не согласен даже клерикал Муктада Садр (Muqtada Sadr), принадлежащий к лагерю шиитских исламистов Малики. Ухудшение здоровья президента Джаляля Талабани (Jalal Talabani), ставшего главным посредником в споре между Багдадом и Эрбилем, усилит политическую неопределенность в наступающем году. Масла в огонь добавляет и «Аль-Каида», продолжающая разрушать относительное спокойствие в стране своими опустошительными нападениями. Малики явно утратил доверие значительной части иракских политиков, которые обвиняют его в склонности к диктаторской власти в неопределенных временных рамках. Но попытки вынести ему вотум недоверия в парламенте потерпели неудачу, поскольку в рядах противников Малики налицо глубокие разногласия.

В такой ситуации Малики, по сути дела, становится временным премьер-министром, ждущим следующих выборов, которые состоятся в 2014 году. Это создает мощные предпосылки для активизации насилия; а в условиях возможного разрастания гражданской войны с религиозным оттенком в соседней Сирии напряженность в Ираке вполне может усилиться, приведя страну в 2013 году к новому витку внутренней вражды.

Источник: ИноСМИ